Не мой Ромео

В глубине души, там, где живет нечто непонятное мне самому, я уже отдал сердце тебе, и что же? Я услышал этот разговор, и теперь мне кажется, что все рушится. Воспалились все мои защитные инстинкты. Опять оказаться в дураках? Опять поверить в женскую любовь? Больше такому не бывать! Те, кто меня любит, рано или поздно тем или иным способом причиняют мне боль.

– Я никогда не причиняла тебе боль намеренно.

– Знаю. Я сам все испортил.

Я не хочу, чтобы у нас все так кончилось. Я хочу, чтобы мы…

Джек грустно улыбается и отворачивается.

– Сегодня вечером я у всех на глазах преподнес тебе свое сердце. Поразительно!

Внутри у меня все трепещет.

– Прости меня и за Лоренса. Представляю, как он тебя взбесил! – В его голосе слышится сожаление. – Я так напортачил! Сам во всем виноват. Это я был… дураком с момента нашего знакомства.

– Теперь он в Публичной библиотеке Дейзи персона нон грата. Осталось поместить его физиономию на плакате «Разыскивается».

– Могу сказать в его оправдание, что для него на первом плане стоят мои интересы.

Я киваю и возвращаюсь к сказанному им раньше.

– Не вини себя, Джек. Каждый входит в отношения, нагруженный своим багажом. Просто тебе нужно поверить.

Он запускает руку в передний карман брюк и кладет мне в ладонь что-то маленькое, холодное.

– Что это? – Я пытаюсь разглядеть в свете луны металлический предмет.

– Доказательство веры. Ключ от моей квартиры. Я сделал его для тебя после того разговора с Софией, в котором она сказала, что ты не заслуживаешь доверия. Я ждал подходящего момента, чтобы его тебе отдать… – Его тон смягчается.

 – Для меня это символ того, что я хочу от наших отношений большего. Потом у меня разгулялись нервы, и ключ остался у меня. Я почувствовал себя очень уязвимым. Я никогда никого не любил. Говорю же, дурак дураком. – Он вздыхает.

Мы молча смотрим друг на друга.

– Что ты об этом думаешь? – спрашивает Джек наконец.

– Это для меня откровение – вот и все мои мысли.

– Правда? – Я вижу на его лице надежду.

Он действительно меня любит.

Джек признался мне в любви на сцене, перед всеми, но уверенность в этом появилась у меня только сейчас. Только сейчас я позволила себе в это поверить. Такой мужчина, как он, пусть с дефицитом доверия к людям, был в одном шаге от того, чтобы вручить мне ключ от своей квартиры; это может показаться бессмыслицей, но в его устах это равносильно громкому признанию.

Джек со вздохом гладит мое лицо.

– Ты простишь меня, Елена?

Я смотрю на него, ощущаю накал его чувств.