Не мой, не твоя

И стол тут был такой, что только с этого футона с него и можно есть, едва до колена мне доставал. Ну это ладно, это кому как удобно, но самая жуть — уродские деревянные маски, которые висели повсюду и таращились на нас пустыми глазницами. Маринина Оля аж захныкала.

— Интересный у тебя вкус, — пробормотал я.

— Не у меня. Я эту квартиру только вчера сняла, — пояснила она, пытаясь успокоить дочку, но та только набирала обороты. И через минуту ее хныканье перешло в громогласный плач.

— Ладно, Марин, обживайся.

Я поехал. И сними этих чертей со стен, — кивнул я на маски.

Прижимая к себе ребенка, она вышла за мной в прихожую.

— Тимур, а как же работа? Я сейчас не смогу…

— Считай, что ты с сегодняшнего дня и до своего суда в отпуске. Ну а там разберемся.

— Тимур, — снова окликнула она меня, когда я уже шагнул в подъезд. — Спасибо тебе огромное. Ты… просто… У меня слов нет. Ты сделал для меня невозможное. Спасибо тебе…

И посмотрела на меня так, как будто я прямо подвиг совершил.

Чуть не со слезами на глазах.

— Да брось, — отмахнулся я и стал спускаться вниз.

Нет, я понимаю, что ребенок для матери — это всё, но, по большому счету, чего уж я там сделал? Ерунда же — приехали, забрали, всего делов-то.

Я и правда ещё в воскресенье намеревался, но пока переезжал, пока ждал доставку мебели и самого необходимого… Короче, не вышло в воскресенье.

Марине позвонил позже, вечером, когда приехал с работы в свое новое жилище, к которому пока тоже не привык.

Подумал вдруг: забавное совпадение — мы оба, оказывается, в воскресенье переезжали. И хотя в моей сделан стандартный, самый привычный евроремонт, без всякой экстравагантной фигни, как у нее, но четыре из пяти комнат оставались абсолютно пусты, с голыми стенами и эхом, да и в той, единственной, кроме огромной кровати, плазмы и двух кресел ничего не было, поэтому чувствовал я себе не особо уютно."

"Пришел вот с работы, принял душ, пощелкал каналы, потом всё-таки набрал её, хотя и думал сначала, что не буду.

С ней всегда так — настраиваешься на одно, говоришь себе: не надо, не буду, я — сам по себе, она — сама по себе. А в итоге: и бежишь, и звонишь, и всё что угодно…

Ну а сейчас просто хотел услышать ее голос, узнать, как там она. Говорили мы недолго, она как раз укладывала дочку спать, а позже перезванивать я не стал. Решил, что лучше завтра сам заеду.

* * *Однако заехать получилось только через день. И то поздно вечером.