(Не) мой папа

— Ладно, на пару-тройку, — сдаюсь я, — на пару-тройку совершенно бесперспективных нудных свиданий. Но это совершенно не значит, что мне нужен Денис.

— Почему бы и нет? Если он разводится.

— Ты забыла, как он меня бросил.

— Нет. Я просто видела, как у тебя сейчас глаза горели, когда ты с ним переписывалась. Тебя просто не узнать было. Признайся, ты же его все еще любишь? Несмотря ни на что?

— Это не имеет значения.

— Еще как имеет. У вас общий ребенок.

— Я не смогу простить…

— Вот это уже его заботы. Пусть делает так, чтобы простила.

— Если ему, конечно, это нужно, — криво усмехаюсь я.

— Что-то мне подсказывает, что нужно, — Лана кивает на телефон, где снова высвечивается конвертик письма и подпись «Денис», — не зря вы снова встретились. Мне кажется, это судьба. И ты должна дать ему второй шанс, чтобы потом не жалеть и не думать о том, как же все могло сложиться.

* * *— Привет, — он заходит в квартиру, а у меня пот по спине градом.

Я весь день готовилась к этой встрече, но так и не смогла себя настроить.

Почему-то именно медведь окончательно лишил меня силы воли. Дома тут же становится слишком тесно, и будто весь воздух кто-то забирает, не оставляя ничего взамен.

Денис взглядом водит по сторонам, ищет дочь, но, не найдя, обращается ко мне:

— Где она? — голос напряжен, даже звенит.

Орлов совсем не так спокоен, как кажется на первый взгляд. Он волнуется, как пацан, и я вижу, как подрагивают его руки.

— Марина у моей подруги, — сдавлено улыбаюсь, — я подумала, что сначала нам самим надо нормально поговорить, обсудить сложные моменты, а уж потом ставить ее в известность.

— Хорошо, — он кивает.

И я не могу понять выражение его глаз: то ли недоволен, то ли испытывает облегчение. Я сегодня вообще не сильна в считывании эмоций, меня штормит и бросает из крайности в крайность, хочется одновременно реветь и смеяться.

— Чай будешь?

— Буду, — улыбается Денис.

Черт! Нельзя ему улыбаться! Никак нельзя, сразу хочется улыбнуться в ответ, а я, между прочим, его не простила! И не факт, что прощу.

Иду на кухню, а он следом. И я чувствую, что смотрит. Пристально, не отрываясь, пробирая одним только взглядом до самых костей.

— Может, кофе? — не хочу, но начинаю суетиться. — Или компот? Я сегодня варила…

— Как скажешь.

От его спокойного голоса просыпаются давно забытые мурашки, которые всегда появлялись лишь в его присутствии.