Где он напортачил, что жена взглянула налево? И сколько раз она туда смотрела?
Он был у нее первым мужчиной, неужели захотелось разнообразия? Или банально не хватило внимания? Лейле три с половиной, а значит, Аня сходила налево как минимум единожды четыре года назад, как раз когда они только-только поженились. В то время он очень много ездил по командировкам, стремясь заработать для молодой жены достаточно.
Чем дольше об этом думал, тем сильнее сжимал кожаную обивку руля. Казалось, еще чуть крепче сожмет, дернет и оторвет с мясом.
Пока он пыхтел, стремясь ее обеспечить, жена непонятно с кем трахалась.
– Она еще смеет от меня бегать… – повторил, смотря на дорогу невидящим взглядом.
Ничего, очень скоро Аня отбегается.
Средств он ей перевел не так уж и много, надолго не хватит, учитывая, сколько она тратила раньше. Работы у нее нет, образования тоже. Куда ей податься? На что жить? Она же только на то и годна, что дома сидеть и транжирить его деньги. Приползет как миленькая и уже будет не такая гордая.
Он заставит ее тысячу раз извиниться за свою подлость, прежде чем даст еще хоть рубль.
Тигран умел заставлять людей жалеть о своих поступках.
Не помнил, как доехал до дома. Действовал на автомате. Обошлось без происшествий. Нажал на кнопку, и ворота поднялись. Проехал во двор, а потом и в гараж. Пока парковал машину, оставил ворота открытыми. Выйдя из гаража, очень удивился, заметив у входной двери Наиру.
Жена друга стояла с покрытой зеленым платком головой. Никаких больше коротких шуб и вульгарных юбок, на этот раз явилась в джинсах и свободной парке.
При этом имела очень скорбный вид и скромно прижимала к груди закрытую корзинку.
– Что ты здесь делаешь, Наира?
– Я… я… Я извиниться, Тигран, не злись!
– Извиниться? – переспросил он, подняв левую бровь.
– Извини меня, пожалуйста… – снова повторила Наира. – Я набросилась на тебя как голодная львица, и не учла, что у тебя горе…
Сама того не желая, она попала в самую точку."
"У него горе! У него семья развалилась на части.
У него ребенка больше нет, а любимая, обожаемая супруга превратилась в горделивую суку-изменщицу.
Наира тем временем приближалась:
– Ты не подумай ничего плохого, я поняла, что мои чувства не ко двору. Я поддержать тебя пришла. Вот, принесла домашней еды. Ты же, наверное, не ешь ничего, вот я приготовила все самое лучшее!
С этими словами она поставила на крыльцо корзинку, которую держала в руках.
– Спасибо, не стоило, – проговорил Тигран сдавленно.
