Зато сказал ему другое:
– Помнишь, когда я узнал, что Кира от меня случайно забеременела, ты меня жизни учил? Рассказывал, как надо уметь предохраняться?
Баграт подметил, с какой довольной мордой Левон посмотрел на Павла.
– Еще говорил, что у тебя за тридцать три года ни одной осечки… Симпатичная у тебя осечка, пухленькая.
И тут брат рассмеялся в голос.
Баграт и сам усмехнулся. Кто бы ему еще месяц назад сказал, что у него девятимесячный сын, ни за что не поверил бы, лгуном бы обозвал. А вон оно как повернулось, непредсказуемая штука – жизнь.
– Припомнил, умник, – он зло зыркнул на брата.
– Как тут не припомнить? – продолжал развлекаться Левон. – Я тебе это буду полжизни вспоминать, так и знай.
Баграт приосанился, посмотрел на наблюдавшего за ним во все глаза Павла и сказал:
– Я горжусь своим сыном, он мне вчера сказал, что папу любит. И он совершенно точно никакая не осечка. Считай, меня к Милане полтора года назад направила сама судьба.
– О, как заговорил, – продолжал смеяться Левон. – А спеси–то сколько… Баграт, ты неисправим!
– Во мне ни грамма спеси, – тут же нашелся он с ответом.
– Но на самом деле я рад, что у тебя с Миланой все хорошо. Я когда в первый раз услышал рассказ Киры о том, как они жили, самому плохо стало. Но она меня простила, так отчего бы и Милане тебя не простить…
– У нас с Миланой дела идут отлично, мы обсудили все нюансы, – заверил его Баграт.
– Хорошо, – кивнул Левон. – Я правда рад за тебя, она хорошая девочка. Но вот есть один момент…
– Какой? – спросил Баграт с прищуром.
Левон хитро прищурился и ответил:
– Скажи, когда собираешься говорить родителям, что у тебя родился сын? Меня за дочку пилили бензопилой «Дружба», и тебе вынесут мозг, даже не сомневайся.
Баграт ничего на это не ответил, лишь закатил глаза.
Он понятия не имел, как сообщить матери и отцу о внуке.
Глава 41. Мы вас не ждали, а вы нагрянули
Баграт с довольным видом вручил Милане пакет с перевязанными красной лентой ручками.
– Держи, подарок.
– А что там? – тут же спросила она.
– Сюрприз. Иди в спальню, надень это все и выходи, – важно сказал он и поправил на плечах полы темно–синего банного халата.
Милана сверкнула глазами и направилась в спальню, сказала ему через плечо:
– Если Пашка проснется, не бери на руки, просто покачай…
Как будто этот финт когда–то срабатывал с его сынком. Но Баграт согласился:
– Хорошо, сделаю.
Хотя очень надеялся, что сын этим вечером уже не проснется. Ведь у самого были важные–преважные планы на Милану.
