Онлайн-библиотека книг
В этом она тоже не сомневалась. Достаточно было вспомнить его сердитое лицо, когда выспрашивал у нее сегодня про беременность.
Все. Пиши пропало. Ее тайна вскроется.
Вполне возможно, счет идет на часы! Или даже минуты.
Лора зашла домой, жалобно позвала:
— Мам!
Но никто не ответил.
Она с запозданием вспомнила, что мама уже на работе. Посмотрела на часы — по идее в школе как раз началась перемена. Позвонила родительнице.
— Мам, все пропало! — начала Лора причитать в трубку. — Меня Эмиль встретил у женской консультации.
— И что? — голос матери звучал удивленно.
— Ну как ты не понимаешь, — продолжила Лора жалобно. — Он сто процентов догадался, что я скрыла беременность! Или догадается, найдет лазейку и выяснит!
В трубке ненадолго повисло молчание, а потом мама спросила:
— Как же он выяснит? Он тебе больше не муж, даже если явится в женскую консультацию с претензиями, его пошлют лесом.
Голос родительницы звучал уверенно, но это совершенно не успокоило Лору.
— Ты что Эмиля не знаешь? — воскликнула она.
— Отставить панику, — напутствовала ее мать. — Я сейчас тете Кате позвоню, она все уладит…
— А что она уладит? — продолжала переживать Лора. — Она же не единственная работает в женской консультации. Он найдет через кого…
— Лора, чему я тебя всю жизнь учу? — осадила ее мать. — Не надо тушить пожар, который еще не начался… Успеешь попереживать, когда будет о чем.
Глава 20. Телефонные звонки
Этим вечером Лора ждала маму с особым нетерпением.
Ничего не могла с собой поделать, весь день провела как на иголках. Вся испереживалась после встречи с бывшим мужем.
Услышав поворот ключа в замке, Лора тут же поспешила в прихожую.
Обняла маму, как только та появилась в дверях.
— Ты сегодня долго, — протянула Лора жалобно.
Посмотрела на родительницу грустным взглядом.
— Ну что ты, цыпленочек мой, разволновалась? Тебе нельзя, все ж на ребенке отражается.
Мама убрала за ухо прядь некогда ярко-каштановых волос. Лора давно ей предлагала — может, покрасим тебя? Ведь, по сути, ее мать еще совсем молодая женщина — разве сорок четыре такой уж большой возраст? Но она упрямилась, называла белые пряди благородной сединой. Жаль, что с приездом дочери в Кабардинку этой благородной седины у нее изрядно прибавилось.
— Я не очень волновалась, — соврала Лора, пожалев маму.
