(Не) первая ночь с эльфийским Чудовищем

Едва занес девушку через порог, как устремился к кровати, сказав ей немедленно раздеться. С меня штаны слетели быстрее, чем успел подумать об этом. За ними последовали сюртук, рубашка и сапоги. С громким рыком повернулся, готовый срочно погрузиться в нее, но замер, когда узрел нереальную красоту."

"Она стояла без платья, в одном шикарном эльфийском белье. Тонкое кружево мало что скрывало, пояс от чулок подчеркивал осиную талию, мягкий лиф обхватывал грудь, за тонкой сеточкой виднелись аккуратные розово-коричневые соски.

Не отдавая себе отчета, одним движением оказался уже нависающим над ней. Мне хотелось вылизать каждый сантиметр девичьего тела, чем я сразу и занялся. Она постанывала, зарывая маленькие ладошки в моей гриве, когда я коснулся соска, втянув его в рот, бабочка изогнулась, трепеща в моих руках как лист на ветру.

Думаю, я играл с сосками несколько минут прежде, чем двинулся ниже, скользя грубыми пальцами по нежной девичьей коже. Бархатные бедра легко раздвинулись мне на встречу, когда отодвинул в сторону тонкую полоску кружева и впился в нее ртом.

Обычно я этого не делаю, но эта шлюха оказалась настолько искусна в своем притворстве, что я едва не поверил в ее реальную невинность. Хотелось как-то ее подготовить, прежде чем начну воплощать все свои жадные фантазии.

Солоноватый терпкий вкус играл на языке, когда вылизывал ее будто истощенный зверь, добравшийся до водопоя во время засухи. В какой-то мере я именно им и был.

Помню, что она быстро затряслась от наслаждения, болтая какую-то мало связную чушь.

Но среди этих слов проскользнуло что-то вроде «возьми меня сейчас же», и я не дал себя долго упрашивать. А дальше все смешалось в сладкую череду ярких впечатлений. Ее порочный рот на моем члене, влажные глубокие проникновения, искусанные губы и мое бесконечное желание обладать этой женщиной без остатка! Горячечный туман застилал мозги, вынуждая раскрываться чуть больше, чем обычно, отдавать всего себя, клеймить жаркими поцелуями и брать, раз за разом кончая внутрь, когда, казалось бы, уже давно был пуст.

Тем не менее эта чудесная ночь закончилась, и я заснул, впервые за последние дни по-настоящему крепко, не ощущая внутри раздирающего присутствия того, кого называл Зверем.

Я откинул одеяло и замер, пытаясь осмыслить увиденное. По всей простыне были разбросаны кровавые смазанные пятна. В горле образовался тугой комок. Это… все сделал я? Откуда столько крови? Отчетливо всплыли воспоминания о ночи.