(не) полюби дьявола

Что тебе еще нужно?

Хант замолчал, сверля друга гневным взглядом.

— Ну, на меня твои взгляды не действуют. Можешь не смотреть.

— Она дала мне надежду на то, что все можно изменить.

— И забрала ее, сказав, что жалеет меня! Ты же знаешь, как я ненавижу это!

— Ох, и кретин… — Дрейк приложил ладонь ко лбу и закрыл глаза. — Если мужчины от любви так тупеют, я никогда не влюблюсь.

— Я же и говорю — кретин.

— Я ничего не могу ей дать, кроме обещаний.

— Девушка говорит, что тебя любит, а ты снова все усложняешь!

— Она не любит, а жалеет меня! — взревел Хант, вскочив с кресла.

— Она тебя любит, — в дверях, опершись на косяк, стоял ненавистный ирландец. — Но, если ты продолжишь вытирать об нее ноги — любить ей будет некого.

Дэймон смотрел на Роэна, решая, что с ним делать. Выслушать или сразу побить. А может выслушать и побить?

— Не лезь в наши отношения! — его голос был похож на рычание.

— В ваши отношения? В какие? Ты ее используешь, а она готова бегать за тобой в надежде на то, что ты ее приласкаешь? Ты вообще знаешь, что такое ласка?

Герцог не выдержал.

— Только попробуйте устроить тут драку. Я потеряю сразу двух друзей.

— Друзей? — переспросил Дэй, взглянув на ирландца.

— Да, Роэн мой друг.

— Ты не умеешь выбирать друзей, Гордон, — известил его О'Каллахан.

Дрейк закатил глаза. Если бы взглядом можно было бы застрелить, он бы попал под перекрестный огонь.

— Я в Уайтс, — сообщил Дэймон, направляясь к двери. — Если хочешь, присоединяйся, Гордон.

И конечно же, выходя из кабинета, герцог толкнул ирландца локтем.

— Вместо клуба езжай к Тори и проси у нее прощения, ублюдок! — крикнул ему вслед Роэн. — А иначе я увезу ее силой.

— Дрейк, если ты не хочешь потерять друга, заткни ему рот! — заорал у дверей Хант.

— Иди к черту! — парировал ирландец.

И входная дверь с шумом захлопнулась.

— И послал же бог друзей… — протянул Гордон и покачал головой, тяжело вздохнув.

Виктория лежала на постели и невидящим взором смотрела на балдахин. В голове спутались все мысли.

Она хочет быть с Дэймоном, но он отвергает ее. Она любит его — он же высмеивает ее чувства.

Грудь сжимало железным кольцом при мысли о том, что сейчас он точно так же ласкает другую женщину.

Я не могу. Я не выдержу.

В дверь тихонько постучали.

— Войдите, — сказала безжизненно Тори.

— А, Берта. Проходи.

— Герцог послал за вами.