(не) полюби дьявола

— Что там так горит?

— Особняк Кроуфорда, — ответил второй кучер так, словно это было чем-то совсем обычным.

И Тори чуть не лишилась чувств.

— К особняку! Пожалуйста, быстрее! — закричала она, выглядывая из окна.

Теперь у нее оставалась лишь надежда. И ее любовь.

Эти пять минут бешенной езды показались ей вечностью.

Виктория на ходу открыла дверцу экипажа и помчалась к горящему особняку.

В окнах трещало стекло.

— Виктория! — закричал Грегори, явно удивившись.

Молчание слуг было красноречивее любых слов.

И она бросилась туда.

Ее схватили за руки, пытаясь удержать.

Ее вскрик был таким сильным, таким пронзительным! В нем была такая боль, словно умирает душа.

Слезы градом лились по ее лицу. Тори кусалась, вырывалась, била ногами мужчин, держащих ее.

— Нет! — крик, разрывающий душу, снова сорвался с ее губ.

В этот же момент в одном из окон разлетелось стекло. Казалось, что это не жар, а ее крик был таким сильным, способным разрушать.

Тори упала на колени, продолжая кричать.

Ее боль была невыносимой.

Ты не можешь умереть! Не можешь! Я не позволю!

— Дэй! — в попытках дозваться рыдала она…

Вся сила любви и боли была заключена в этом крике. Вся горечь и страдания.

И она сделала последний рывок.

Яростный, сильный. Словно бросилась в атаку.

Мужские руки, сдерживающие ее, были не готовы к такому порыву.

И Тори, вырвавшись, помчалась в горящий дом.

Без него она не хочет. Ей все равно, какой он. Кто он. Потому что он — ее душа и любовь.

Оторвав ткань нижней юбки, Тори закрыла нос и помчалась по объятой огнем лестнице, стараясь не касаться горящих перил.

Некоторые комнаты были объяты огнем настолько, что Тори не могла рассмотреть, есть ли там Дэймон.

У нее оставалась лишь надежда.

Она обжигала руки, несколько раз сбивала огонь с юбки, но продолжала его искать.

Я не хочу жить без тебя. Не хочу.

Дым был таким сильным, что девушка лишь тихо шептала его имя. Как молитву. Как свое спасение.

Дэймон. Любимый. Пожалуйста.

Сквозь объятую огнем дверь она увидела два тела.

— Дэймон! — закричала Тори и, словно обезумев, бросилась к нему, не обращая внимания на жалящие языки пламени.

Оказавшись в комнате и сбив с себя огонь, она кинулась к любимому.

Рядом с ним лежал Винсент Скроуп.

Виктория перевернула герцога на спину.

— Я тут! Я тут! Все будет хорошо!

По ее щекам текли слезы… Она лихорадочно покрывала поцелуями любимое лицо.