(не) полюби дьявола

— Судя по всему, он слышал, как мы кричали… — Дрейк виновато улыбнулся, но в глазах плясали смешинки.

— Еще скажи, что ты жалеешь! — рассмеялась девушка. — Ты это специально сделал!

И Гордон не выдержал и расхохотался.

У Дэймона все внутри колотилось от ярости! Значит, Тори сомневается в нем, как в мужчине? Может поэтому она его не целовала больше? Считает его немощным! Подумать только, она предложила его другу прийти к ней в спальню! И не только ему! А эти крики о поцелуях? Она целовалась с ними! С двоими!

Ну, Тори, я покажу тебе сегодня свою силу!

Пока герцог принимал ванну, в нем опять пробудилась тревога.

Он сообщил Тори, что будет сегодня ужинать в столовой и просит ее присоединиться к нему. И теперь Дэй переживал.

В его планах было показать ей, что он вполне здоров и самостоятелен, даже несмотря на потерю зрения.

Хант отметил, что сегодня утром он начал различать не только очертания предметов, но и их цвета.

Неужели зрение вернется?

Утром он хотел поговорить с Викторией и рассказать ей об этом, но не решился.

Дэймон ждал, когда улучшения будут более ощутимыми. В его душе вспыхнул огонек надежды на то, что все будет как прежде, и зрение вернется. И тогда он сможет защитить свою маленькую леди. Именно поэтому уже два дня Дэй ее не прогонял. Потому что просто ждал улучшений.

Но приезд его друга нарушил планы. Он понял, что времени ждать у него нет, потому что Тори перестала видеть в нем мужчину. А это было хуже жалости.

За это время Хант вообще много думал. Судя по всему, когда ты не можешь видеть, ты начинаешь думать и ощущать.

Дверь в комнату распахнулась, и в комнату вошел его камердинер. Его Дэй тоже научился определять по шагам. До его чувствительного обоняния донесся запах розы и пряностей.

— Леди передала мыло, сказав, что другого пока нет. Завтра она собиралась варить новое.

— Ну что ж, значит, сегодня я буду пахнуть как наложница султана, — с довольной улыбкой произнес герцог.

И очень надеюсь, что сегодня я смогу попасть в постель к моей госпоже, чтобы ублажить эту ненасытную леди.

Тори стояла перед зеркалом, рассматривая свое обнаженное тело. На ее голени был небольшой шрам от ожога… И все.

Девушка попыталась улыбнуться.

— Ну все не так плохо…

Но улыбка слетела с ее лица, когда она встала в пол-оборота и посмотрела на спину. Ее спину с одной стороны от плеча до поясницы пересекал шрам. Широкий, неровный… Именно в том месте, куда упала горящая балка.

На глаза навернулись слезы. Ей было страшно.