(не) полюби дьявола

 — Если ты сейчас не замолчишь, то у вас с моим садовником будет много общего. К примеру, синяк на пол лица.

— Так это ты его? Злился на него за то, что у него красивые глаза и округлый зад? Боролся со скрытыми желаниями?

Дэймон недовольно взглянул на хохочущего друга.

И, не выдержав, рассмеялся сам.

— Под стать братцу-извращенцу.

И из беседки донеслись взрывы мужского смеха.

Чего они так веселятся? Герцога вызвали на дуэль, а они делают вид, что ничего не произошло! Мужчины! Бесчувственные глупцы!

Тори с рвением хваталась за сорняки.

Ничего, Тори. Три недели… Потерпи.

Она злилась на Герту, которая не сообщила о герцоге ничего, и снова и снова прокручивала в голове вечер, когда служанка графа Черлтона вызвалась ей помочь…

В тот вечер граф привез Тори к себе, осыпая проклятиями и угрозами. И ей стало очень страшно.

Одна. Совсем одна. И если он ее убьет, никто об этом даже не узнает… Потому что ее некому искать.

Тори помнила, как Винсент тащил ее за волосы по лестнице… Как останавливался и запускал свою мокрую ладонь за корсаж, грубо хватая грудь и сжимая ее до боли. И какое чувство отвращения она испытала. Помнила, как он затянул ее в спальню, повалил на кровать.

Помнила все свои тщетные попытки к бегству, когда Винсент ловил ее возле дверей…

И сумасшедшие избиения…

Синяк ведь был не только на лице. На нежной коже, спрятанной под одеждой, были следы похуже… Фиолетово-синие…

Тори помнила, как мужские руки сжимались вокруг ее шеи…

А потом в дверях появилась служанка.

— Милорд, вас внизу ожидает гость. Говорит, что дело не терпит отлагательств, — заикаясь, прошептала служанка.

Хватка Винсента ослабла.

— Иди отсюда! — прошипел он, не поворачивая голову к двери. — Я приду через минуту.

Тори понимала, что слуги не посмеют сказать и слово против хозяина.

— Мы поиграем с тобой по-другому, милая Виктория, — усмехнулся тогда Винсент и убрал руки с ее горла.

Тори зажмурилась. Слезы текли по ее щекам.

Я не сдамся. Не сдамся. Я что-нибудь придумаю. Я лучше умру. Да простит меня Бог.

Она до сих пор не понимала, откуда граф Черлтон узнал о завещании Альберта. Но его план привел ее в ужас.