(не) полюби дьявола

— Я не порочен, а опытен, — улыбка и игривый настрой сделали его похожим на мальчишку. — Вы случайно не хотите применить на практике знания, полученные из столь чудесной книги, которую вы с таким интересом читали?

— Вы невыносимы… — Тори закатила вверх глаза и отступила на шаг.

Но Дэймон не дал ей уйти. Он обхватил ее рукой за талию и притянул к своей груди. Черные глаза замерли на пухлых женских губах.

— Дэймон, не надо… Мы друзья…

— Обычно друзья могут скрепить договор поцелуем.

— Что-то я не видела целующихся мужчин после заключения сделок…

— Можете надеть наряд Тони, я не против.

Виктория рассмеялась, и Дэймон не выдержал.

Он притянул ее голову к себе, зарывая пальцы в густые волосы, и поцеловал.

Нетрудно найти путь к живой душе, увидев ее даже сквозь преступления, сквозь самые плачевные пороки, но вульгарность — непреодолимая преграда.

Тори замерла лишь на мгновение, готовясь к жестокой атаке мужских губ… Но легкое, нежное прикосновение заставило сердце биться чаще… И совсем не от испуга…

Вкус корицы и бренди вскружили ей голову…

И она ответила на этот поцелуй…

Его язык легонько дотронулся до ее губ, словно просил их раскрыться…

И Тори сдалась в его власть.

Дэймон наслаждался ею. Изучал ее…

Но, черт возьми, какого самоконтроля требовал этот нежный поцелуй.

Он не хотел испугать ее. Хотел, чтобы она ответила.

Но самоконтроль покинул его, как только Дэй услышал ее стон.

Жар разлился по телу. Страсть бурлила в его крови. Он притянул ее ближе к себе, пытаясь удержать, не позволить ей сбежать.

Поцелуй стал таким требовательным, страстным, что Тори не смогла сразу подстроиться под его ритм. Мужская рука мертвой хваткой врезалась в ее талию, а вторая рука потянула ее за волосы, заставляя откинуть голову назад.

Но эта смесь боли и наслаждения были для нее чем-то новым.

Его рука скользнула под ночную рубашку и легла на ягодицу, сжав и подтянув ее тело так близко, словно он хотел слиться с ней. Впечатал в себя так сильно, что Тори почувствовала его возбужденную плоть…

Дэймон оторвался от ее губ, переключив свое внимание на тонкую шею.

— Больно… — тихо прошептала Виктория.

И это отрезвило Ханта.

Он разжал руки и отпустил девушку. И только сейчас увидел, что по ее щеке течет слеза.

Хант стремительно отвернулся к столу, оказавшись к ней спиной. Тишина библиотеки была угнетающей, а в воздухе витало напряжение.

Виктория смотрела на его широкую спину и…

Совсем не понимала его.