(не) полюби дьявола

Почему она не отказала мне? Не прогнала меня? Почему, черт возьми?!

Уже направляясь обратно в Лондон, Дэймон знал, что ему делать.

Если она окажется беременной, то он женится на ней.

И отправит ее в Ирландию.

Дэймон даст ей и ребенку свое имя, деньги, титул. Это все, что он может им предложить.

С мягким нравом и добрым сердцем Тори она сможет вырастить ребенка в любви и ласке.

Дать все то, чего был лишен Дэймон.

А пока ему лучше держаться от нее подальше.

Виктория потянулась на постели и поморщилась от боли в теле.

До сознания девушки доносились обрывки воспоминаний.

Краска стыда залила ее щеки. Она боялась открыть глаза и увидеть темный насмешливый взгляд. Увидеть в его глазах триумф.

Тори нервно сглотнула и повернула голову туда, где должен был спать Дэймон.

И она была благодарна ему за это. Потому что просто не знала, как теперь себя вести. Чувство стыда разгоралось в ней с новой силой.

Так, Тори. Возьми себя в руки. Ты же сама хотела этого! Сама!

Девушка нахмурилась. Она-то собиралась провести ночь с герцогом перед отъездом! Тогда бы не пришлось встречаться с ним и смотреть ему в глаза…

Ох… Это все шампанское! Я слишком много выпила его на балу!

Но больше всего ее пугало не то, что она провела ночь с Дэймоном… А то, как она отвечала ему… Словно в нем заключалось все ее существование.

Лишь боль, когда он вошел в нее, отрезвила. Заставила понять, что происходит… Но она же знала, что в первый раз женщины испытывают боль! Знала! Просто растворившись в его страстных ласках, она не была готова к такой сильной боли…

Боже, я словно была с ним единым целым…

Виктория быстро подбежала к зеркалу, пытаясь понять, изменилось ли в ней что-то после вчерашней ночи…

Губы были припухшими, голубые глаза блестели…

Медленно, зачарованно ее пальцы водили по небольшим отметинам на теле… Там, где вчера мужские губы касались ее кожи…

Настолько сильно его желание?

Ей не показалось это пугающим… Скорее волнующим…

Дэймон словно оставил на ней свои следы, напоминая о том, что Тори принадлежала этой ночью только ему.

И к своему стыду Тори поняла, что хочет опять испытать это. Несмотря на боль. Она снова хотела взлететь. С ним.

Я, наверное, сумасшедшая…

В дверь тихонько постучали.

Виктория быстро запрыгнула в постель и натянула до подбородка одеяло.

Дверь приоткрылась, и показалось лицо Берты.

— Входи, — выдохнула от напряжения Тори.

Служанка проскользнула в спальню. Ее взгляд задержался на порванном платье, лежавшим на полу.