— Я вот чего пришел...
— Ну?! Я слушаю.
— Где я живу, ты знаешь...
— Знаю. Что дальше?
— А то дальше, что жена у меня дома остается. Отрыть бы надо жену-то... когда занесет. Такая вот просьба. — Денисов поднял голову и в упор посмотрел на начальника. — Так как?
— Ну и паникер ты, Денисов! Ну, паникер! Посмотри в окно — снег-то кончается! Луна в окно смотрит! Звезды ясные!
— Не знаю, может, и луна в окно смотрит, а может, кто фонарь за луну принял. Не о том я... Я вот что... Если засыплет мою-то... отрыть надо.
Потому как сама не сможет. С крышей нас всегда заносит. С трубой. Ты небось уж и забыл, как это бывает, потому запиши себе на бумажке-то... На всякий случай. Я понимаю, у вас тут без меня хлопот будет, но ты все же запиши.
— Хорошо, Денисов. Не беспокойся. Управление в снегу оставим, а жену твою вызволим.
Денисов молча поднялся, как-то раздумчиво подошел к двери, потоптался, будто хотел еще что-то сказать, но, так и не сказав ничего, вышел. На секунду в комнату из темноты ворвалось холодное облако снежинок, но дверь захлопнулась, и снежинки осели, растаяли.
— Я вас слушаю, товарищ Левашов. — Начальник энергично вышел из-за стола и протянул руку.
— Вы, оказывается, помните меня...
— Что вы! — Начальник всплеснул ладошками. — Ведь мы на острове. Людей не так уж много, а тех, кто постоянно пользуется услугами железнодорожного транспорта, я знаю наперечет.
— Из вашего разговора я понял, что рейс на Тымовское не отменяется? — Левашов пристроился у теплой батареи.
— И не отменится.
— Поезд выходит точно по расписанию?
— Да. Выходит. А вот будет ли он идти по расписанию, сказать трудно. Заносы.
— Сколько будет пассажиров?
— Около двухсот.
— Купированных вагонов в составе много?
— Не то два, не то три. Я могу уточнить...
— Не надо. Все билеты, конечно, проданы?
— Есть билеты.
— И общие, и плацкартные, и купейные?
— Да. Знаете, товарищ Левашов, мне хочется спросить вас, зачем все эти... чисто наши сведения?
— В поезде едет один... один нехороший человек.
Мне нужно его найти. Вот я и хочу знать, среди скольких пассажиров придется искать. Оказывается, из двухсот. Я хочу знать, трудно ли ему будет уехать этим поездом, если он билета заранее не купил. Оказывается, уехать легко. Он подходит к кассе и берет билет. Допустим, вот вы, человек, хорошо знающий порядки на железной дороге, решили скрыться от правосудия... В каком вагоне вы поедете?
— Я?! Хм... Я бы не поехал поездом... Я бы.., ушел в подполье.
