Вторую неделю жители Крабозаводска, Южно-Курильска, городов и поселков Шикотана, Итурупа, Кунашира не получают писем и газет.
...Настоящее мужество проявляют в эти дни труженики села. Трактористы совхоза «Чапаево» двое суток пробивали дорогу к занесенным снегом парникам, чтобы дать воздух и свет рассаде. Вчера все жители совхоза вышли на расчистку дороги к животноводческим фермам, куда уже третий день невозможно доставить корм для животных.
...Все пространство Охотского моря в восточной части Тихого океана сотрясается ураганным ветром и разрывами снежных зарядов.
В тяжелое положение попала флотилия японских рыбаков, промышлявшая восточнее Средних Курил. Застигнутые штормом, суда вынуждены были зайти в наши территориальные воды — в залив Касатка на Итурупе. Но сюда ветром нагнало огромные ледяные поля. Часть японской флотилии успела выйти на чистую воду, а семь судов затерло льдами. Одно из них, «Итоки-мару-35», затонуло, еще одно судно выброшено на берег. Пять судов получили повреждения и продолжают бороться за свою жизнь.
Нашим судам, находящимся вблизи этого района, дано указание немедленно следовать к заливу Касатка для оказания помощи.
— Оля, — крикнул Левашов. — Подождите!
Девушка остановилась.
— Вы хотите спросить, какие конфеты я люблю?
— Про это мы уже договорились. Островными конфетами вы медведей кормите... Что нового, Оля?
— По слухам, к нам идет ротор.
— Значит, сегодня сдвинемся?
— Трудно сказать. По-моему, вряд ли...
— Да... Повезло ведь тем, кто уже успел сойти.
— А раньше никто и не сходил, — сказала Оля.
— И все, кто сел в Южном...
— Конечно. Вагон-то купейный.
— И то верно... Ну а Коля не жалеет, что поехал?
— А что ему жалеть? — Оля передернула плечами. — Сам напросился!
— А мне показалось, что вы его уговорили...
— Это ему хотелось, чтобы я его уговорила. Вроде бы он здесь ни при чем. Этакая невинная хитрость. Ну и пусть думает, что он очень хитрый. Я-то знаю, как все на самом деле...
— И что же он вот так, без вещей, с бухты-барахты пришел на вокзал и поехал?
— Да какие у него вещи? — удивилась Оля.
— Портфель задрипанный — вот и все его имущество. Нет, на приданое я не надеюсь. Ну ладно, пойду, а то он уже бесится.
— Чего ж ему беситься?
— Ревнует. Вы что, до свадьбы все такие?
— Почти. Да, Оля, я хотел спросить... У меня в Тымовском друг живет. Вы не могли бы ему иногда от меня маленькие посылочки передавать? Он бы сам и к поезду приходил...
— Вообще-то правила не разрешают...
