И как-то умудрился добродить до этого ресторана. Не помнишь, как он назывался в то время?
— Помню. «Штрудель».
— Точно… Тогда штрудели здесь были вкусные. А сейчас?
— Не знаю. Вот как раз и попробую.
Ира отвечала невозмутимо и кратко — так же, как и ночью, когда Горбовский сыпал на неё своими вопросами. И от этой безэмоциональности, граничащей с безразличием, Виктору стало плохо."
"Хоть бы вновь увидеть в глазах Иры искорку ласкового тепла… Как раньше. Тогда в её взгляде отражалась любовь. Всегда отражалась, каждый день и час, каждую секунду.
Но Виктор этого даже не осознавал… Не понимал, что обладает чудом. Что ему колоссально повезло в жизни встретить настоящую глубокую любовь. Он просто не думал об этом… до тех пор, пока не потерял.
Но нет, не может Ира быть настолько безразлична сейчас к нему… Для чего-то ведь она шла сюда, в этот ресторан? Ещё и в красном платье…
— А ты… кого-то ждёшь? — выпалил Виктор, внезапно осознав, что действительно мог помешать. И чуть не умер, когда Ира неожиданно усмехнулась.
Иронично и немного ядовито, но всё же — это было уже больше, чем безразличие.
— Ты ни капли не изменился, — сказала она это тем не менее абсолютно ровно. И глаза не потеплели. — Всё такой же — сначала делаешь, а потом думаешь.
— Ты права, — Виктор кивнул, и не думая отрицать очевидное. — Мне и в голову не пришло, что ты можешь… быть занята. Я просто увидел похожую на тебя женщину, захотел проверить, встал и пошёл. А потом уже не мог остановиться.
Ира смотрела на него с холодной внимательностью, и ничто в её лице не говорило ни о малейшем волнении.
Хотя Виктору, когда он представлял их возможную встречу раньше, всегда казалось, что бывшая жена будет нервничать и дёргаться, попытается быстро убежать. Но ничего подобного. Ира вообще не дёргалась, сидела ровно, как влитая, и даже не думала убегать.
— Беру свои слова назад, — вдруг продолжила она, вновь усмехнувшись. — Ты всё же изменился. Раньше на подобное замечание ты обязательно вспылил бы.
— Не отрицаю. Но… ты не ответила. Ты кого-то ждёшь?
— Нет.
Кратко, ясно и чётко. Без эмоций. Но…
— Тогда почему… — Виктор задохнулся: его в отличие от Иры эмоции захлёстывали. От отчаяния до острой, безнадёжной влюблённости в собственную жену. Бывшую жену. — Почему ты… здесь?
— Я снимаю квартиру недалеко отсюда. Решила пройтись, увидела знакомые места и зашла. А платье, потому что вечером иду в театр. Не хотелось возвращаться для того, чтобы переодеться.
