У него всегда был такой взгляд: будто бы даже немного препарирующий, и Ирина порой задумывалась, как этот взгляд должен действовать на клиентов Бориса. — Вы ведь знаете, что я в основном занимаюсь бракоразводными процессами. Дела в семейном праве бывают грязнее, чем в уголовном, — так рвут друг друга бывшие супруги. Я пытался апеллировать к фактам, уговаривая Марину вновь начать общаться с отцом, но… думаю, вы понимаете.
— Понимаю, — Ирина грустно улыбнулась. — Она упрямая. Когда… в общем, я поломала о свою дочь немало копий, в итоге не выдержала и плюнула.
Точкой стало то, что они с Максом через несколько месяцев после моего развода решили поменять фамилию и отчество…
— Вот это вообще безобразие, — вновь качнул головой Борис. — Как ваш бывший муж только разрешил…
— Я не могу отвечать за него, — медленно произнесла Ирина, на мгновение отводя взгляд. Ей до сих пор было стыдно, что она не смогла уговорить близнецов не совершать столь жестокий поступок. Да, с их стороны это была месть — они знали, что сделают отцу больно, и хотели сделать больно.
Как будто Виктору было мало боли! — Но мне кажется, что он понимал: они всё равно это сделают, так или иначе. Не в четырнадцать, так в восемнадцать, когда уже не требуется разрешение родителей. И хотел пойти навстречу, показать им, что он ради них на всё готов. Они только восприняли это иначе: так, будто ему всё равно. Однако это неправда. Витя был хорошим отцом.
Борис тяжело вздохнул. Ирина не понимала, о чём он думает — в отличие от Виктора, у которого на лице частенько всё было написано большими буквами, её зять умел скрывать собственные чувства.
Видимо, натренировался за годы работы с не самыми приятными клиентами.
— Ирина Витальевна, скажите: вы не будете против, если мы начнём общаться с вашим бывшим мужем?"
"— Конечно, не буду, — ответила она горячо и быстро. — Я буду за!
— А Марина уверяла меня, что вы будете против, — Борис усмехнулся, — и страшила, что если я начну с вами на эту тему разговаривать, то у вас будет плохо с сердцем.
Я ей верил.
— Не думаю, что она сознательно врала тебе. Скорее…
— Да, скорее всего, она так думает. Но сегодня я, получив ворох её сообщений о подарках, засомневался в этих словах. Ясное дело, что если не Макс, то вы дали адрес, больше некому. Поэтому я и решил обсудить… Мне кажется несправедливым тот факт, что Ульяна не будет общаться с дедушкой. Я согласен, что когда-то он плохо поступил с вашей семьёй, но Уля здесь ни при чём.
