Долго. Я пыталась всё это прекратить! Почему не прекратила? Его заслуга, вот почему.
— Денис легкий, — говорю я, невольно улыбаясь. Почему-то слезы на глаза наворачиваются. Причем не из-за обиды или печали, а от избытка чувств. Словно кран сорвали, и эмоции из меня хлынули. — Во всем. Знаете, не ноет никогда. Это та-ак непривычно. Я всё ждала подвоха, ну когда же, когда… — прижимаю ладонь к губам. — Но нет. Он просто такой есть сам по себе: не создает проблем на пустом месте. Без разговоров делает всё, о чем ни попросишь.
Прямой и понятный. Веселый. Шутки, правда, тупые зачастую. Такие, знаете, солдафонские, но мне смешно.
— Какой он любовник можно не спрашивать, да? — спрашивает Наташа, широко улыбаясь.
— Отличный, — киваю я. — Невероятный. Очень мужественный. Во всем, в каждом движении. Знаешь, ему не нужно из себя кого-то строить в постели, командовать или что-то в этом роде. Из него вот это мужское покровительственное прет само по себе, нужно просто расслабиться.
— Так а минусы у него есть? — Наташ звонко смеется.
Алёна тоже силится улыбнуться, но у нее довольно плохое настроение из-за сожженной напрочь слизистой волшебными китайскими гелями. Поэтому кажется, что она вот-вот заплачет.
— Иногда он грубоват и мне хочется сквозь землю провалиться! Я к такому не привыкла. Может дурой обозвать. Легко, — добавляю я горячо. Оказывается, мне так сильно хотелось о нем рассказать, что сейчас от удовольствия внутри всё трепещет. Кроме того я чувствую, что скучаю. По нему. — А, еще он мало спит. Это бесит! Может поспать четыре часа и быть бодрым и энергичным.
Я в такие моменты рядом с ним себя ощущаю старой кряхтящей кошелкой.
— Да ну, старость тут ни при чем, — подбадривает неунывающая Натали. — Это от человека зависит. Некоторым нужно четыре-шесть часов сна в сутки, а кому-то, мне, например, — и восьми мало. Помнишь Аллу из общаги? Она все ночи читала, и утром огурцом. Видимо у него типаж такой. Счастливчик."
"— Не знаю, — пожимаю плечами. — Вот вчера приперся с работы под утро, пока то сё… мы спать завалились.
Я в десять встала, и он встал.
— Классно, — вздыхает Наташа. — Люблю этот период — когда чувак под утро приезжает и «то сё» с ним!
— Да он голодный был, я имела в виду завтрак, — отмахиваюсь. После чего мы с Наташей весело смеемся, вспоминая наши шуточки из общежития. Мы столько лет вместе, что понимаем друг друга с одного взгляда. — Боже, мне так страшно, что эта иллюзия закончится. Лопнет как надувной пузырь! Что он что-то выкинет тупое.
