"
"И я тоже дремлю, уткнувшись в его шею носом. Обнимая его без всякой причины. Лишь потому что он мой и мне можно. И не мешаю ему совершенно. Он тоже обнимает меня, как будто это само собой, словно не может иначе. Рад мне даже на узкой полке в поезде, даже когда смотрит что-то страшное о том, как люди умирают. А внутри меня спокойно и мирно. И впереди нас ждет праздник и концерт. И вообще всё хорошо у нас. Просто и уютно. И ничего больше не нужно.
Так было. Это не фантазии. Кусочек из прошлого.
Я просыпаюсь ближе к обеду в слезах.
Сколько не пыталась вчера — плакать не вышло, а во сне видимо не выдержала и позволила себе. Вытираю щеки.
А потом снова обратно уснуть пытаюсь, чтобы опять там оказаться. Не здесь, в своей шикарной квартирке, а там, в поезде. На узкой неудобной полке. И чтобы ноги затекли. И чтобы он лежал рядом и дышал мерно.
Но уснуть больше не удается. Видимо, это была разовая акция. Аттракцион, устроенный организмом. Фух — вздох и на качелях резко вверх. А потом не вниз и даже не солнышком по кругу.
Потом свет вырубили и аттракцион закончился.
Я смотрю на выключенный телефон, поднимаюсь и иду умываться. Одеваюсь и выхожу на улицу, сажусь за руль и еду за город. На заправке беру бутерброд и кофе.
Долго гуляю на смотровой одна. Будний день, больше никого нет вокруг. В какой-то момент я даже начинаю улыбаться. Боже, с ним даже расставаться просто и понятно! Не хочется себя обвинять и ранить. Не хочется презирать себя, ненавидеть, да и его не получается. После расставания с ним горько и грустно, но при этом у нашего разрыва очевидные причины.
Самый простой парень на свете. Самый обычный. Самый-самый.
Домой я возвращаюсь вечером, и лишь после душа включаю сотовый. Пусто. Ни пропущенных, ни сообщений. Кажется, фирма не развалилась. У всех был обычный день. Свои дела. Своя жизнь.
Вокруг вдруг становится тихо, как в вакууме. Бескрайнем космосе.
Про Вселенную и космос так много сочиняют красивых стихов, но я не разделаю общих восторгов. Денис никогда не казался далеким и совершенным.
Он простой, близкий и очень теплый. Очень-очень. Руку протяни — рядышком. В нем нет загадки, в его шкафах пусто, никаких скелетов. Бесяче понятный и предсказуемый. Бесячий в своей настойчивости. Невыносимый в отсутствии.
Следующим утром я встаю по будильнику и иду умываться, но вдруг ахаю от боли! Наступила на что-то спросонья, оно больно в ногу впилось. Я приседаю и осматриваю крошечную ранку.
Оказывается, я сережку нашла таким вот жестоким способом.
