Она открыла глаза и оказалась прямо лицом к лицу с Уильямом. Он рассматривал ее, но злится он, или улыбается было не разобрать – кляп перетянувший нижнюю часть лица скрывал какую-либо мимику. Он медленно водил глазами, словно искал на ее лице что-то важное, что-то знакомое, но никак не находил.
Таня закрыла глаза, потом медленно помотала головой, стараясь дать понять ему, что очень сожалеет о содеянном. Когда она открыла глаза, он отвернулся от нее. Таня повернула голову и охнула бы, будь открыт рот – над ними возвышалась гигантская башня, которую окружала высокая стена, и судя по всему, там продолжалось строительство – угловые башни были разной высоты.
Увидеть старинный замок таким новым, только построенным – чудо, но, если бы сейчас было до этой радости… Таня рассматривала его, пытаясь отвлечься, вспоминая экскурсию в замок Ботвелл, что был перестроен уже несколько раз за века, но помнила экскурсию к раскопкам – тюремная башня, небольшая, но имеющая приличный подвал, не сохранилась в Танином времени, но находки археологов много рассказали о ней.
– Веди в донжон, командующий сам решит, что с ними делать, – на английском скомандовал кто-то, и их по одному вытащили из телеги. Таня успела посмотреть на Костю, но тот был как скала – ни одной эмоции не выражали его глаза. Он шел сам, хоть его и подталкивали для вида, он лишь поводил плечом. Если бы Таня не знала кто он, а сейчас открыв глаза, и такой дорогой ценой избавившись от розовых очков, понимала – обыкновенный мажор, вылезший на первых ставках благодаря деньгам и правильно подобранным людям, она приняла бы его за местного аристократа.
Уильям шагал ровно, даже немного торопясь, высоко подняв голову голову.
Таня думала о сыновьях Бриды. Об Адаме и Лестере. «Будь ты не ладен, Уильям, зачем ты сказал мне о ней тогда? Чтобы я не совершила ошибки? Чтобы не предала этих мальчишек и их несчастную мать, коли на остальных мужчин мне плевать? Ты видел, как я наблюдала за ними тогда, там, пока они были еще дома?» - мысли скакали с одного на другое, и не хотелось думать о том, что Таня сама дура, ведь столько раз прощать предательство Кости, которое он умело вуалировал под ее недоверие к нему – большая глупость.
"
"Она снова посмотрела на мужчину, которого любила когда-то всем сердцем, и поняла, что кроме ненависти и брезгливости не чувствует к нему больше ничего. Они стояли перед порогом главной башни посреди замка.
