— Ладно, маме сейчас скажу, что я тебя проветриться отвез. А то потеряет, на весь город будет кипиш…
Поворачиваюсь обратно к Захару, обнимаю за шею, встаю на цыпочки, смотрю умоляюще.
— Мишка поможет… Понимаешь, если папа… То лучше, чтоб Мишка был на нашей стороне. Он с папой поговорит…
— Я сам поговорю, — неуступчиво возражает Захар.
— А потом ты. Хорошо? Поехали… Я есть хочу. За столом кусок в горло не лез… Волновалась… За тебя.
Последнее я шепчу ему в губы, выдыхаю сладко, Захар наклоняется, обхватывает меня за талию, прижимается.
Между нами так много сейчас всего происходит, что слова реально лишние. Хорошо, что у меня такой неразговорчивый парень…
— Так, руки убрал от нее, — Мишка, поговорив с мамой по телефону, возвращается и с неудовольствием смотрит на нас, — Алька, в машину садись.
— Она со мной поедет, — хрипит напряженно Захар, сжимая меня сильнее и отправляя за спину невыносимо собственническим жестом.
Это откровенно бесит Мишку.
— Нет. Со мной.
— Нет.
— Так, — прерываю я этот бред, — я поеду с Захаром, а ты — следом.
Назад с тобой поеду.
Захар явно очень сильно недоволен, что я планирую назад домой ехать, но молчит.
Мишка смотрит на нас хмуро, но кивает, соглашаясь.
Ура! Хоть какая-то победа.
Дальше должно быть легче.
Дальше вообще не легче.
За столом небольшой кафешки на три столика Мишка, внимательно выслушав мой рассказ про Олега, какое-то время отводит душу в мате, а потом выдыхает:
— Вот ведь не нравился он мне никогда! Я и отцу говорил! А он все: “Аля имеет право на выбор, ей нравится, и хорошо…”.
Я киваю.
Папа такой. Никогда мне слова поперек не говорил. Братьев гонял только так, чуть ли не строевым шагом ходили у него, занятия, спорт, обязательно с достижениями, а иначе зачем заниматься, работа сразу после восемнадцати, армия, универ. Хочешь что-то купить себе, зарабатывай. Мои братья вообще не в крусе, как живут мажоры, сыновья богатых родителей. У них ничего подобного не было. Зато меня баловали. Это не отменяло спорта, но выбирала его я сама.
И универ выбрала тоже сама, тот, который хотела. И Олега приняли сразу, никто косо не посмотрел… Хотя, Олег, конечно, это красивая картинка, идеал парня. Чего на него косо смотреть? Это же не мрачный громила Немой…
— Так, ладно, — Мишка выдыхает, — зато теперь, пожалуй, все будет проще…
— В смысле?"
"— Да пока что… — он задумчиво смотрит в окно, потом переводит взгляд на меня и Немого, по-хозяйски положившего лапу на плечо.
