Я тупо моргаю на сохраняющего достоинство официанта, а затем…
Затем словно обухом по голове лупит!
Она мне ответила!
Она реально ответила! Стонала в моих руках!
Бля!
И куда это она после такого мотанула?
Мне тоже надо в ту сторону!
Бросаю на стол крупную купюру, подхватываю куртку и выношусь следом за бегущей хрен знает куда Алькой.
Я не думаю сейчас ни о чем, кроме одного: догнать! Догнать! И… И дальше будет видно.
Глава 23
Я выбегаю из ресторана, ничего не видя перед собой и особо не соображая, куда меня несет.
В глазах красное марево, щеки пылают, уши горят, и все внутри горит! Меня плавит от замешательства и стыда!
Бегу по улице прочь, подальше от этого места, видевшего и, наверняка, сладко посмаковавшего мой позор, от Немого, оказавшегося очень даже говорящим и, мало того, что говорящим, так еще и действующим!
Да уж, он явно не из тех, кто теряется рядом с девушкой, кто не знает, что с ней делать!
Этот отлично знает!
И делает!
И блин! Почему я не отбивалась? Почему позволяла? Почему?
Главное, словно марево какое-то накрыло удушающее, и сразу с головой! Словно под водой оказалась, уши закладывает, в глазах темно, воздуха нет, в голове — паника!
Никогда со мной не было такого, чтоб настолько отключало! Никогда! Ни при поцелуях с Олегом, ни в постели с ним… Ни разу! Вообще!
Я словно в дурном романе очутилась внезапно, где тело героиню предает.
Всегда смеялась над этими штампами… И что? Я сама теперь — ходячий штамп!
Да как мне в глаза смотреть… Кому бы то ни было?
Я убегаю, трусливо опасаясь оглянуться, опасаясь погони, сжимаю чудом прихваченную со стола сумочку, мечтая внезапно оказаться у себя дома, в безопасности…
И когда неожиданно упираюсь в преграду, очень знакомо пахнущую, каменную, жесткую преграду, не могу притормозить, на автомате врезаясь лицом.
В то же мгновение осознаю все, поспешно упираюсь ладонями в горячую, ходящую ходуном грудь, обжигаясь, отдергиваю ладони, опять по инерции вписываясь щекой в Немого.
Он тут же фиксирует меня в этом положении, обхватывая своими жесткими лапами и позволяя только чуть-чуть отклониться.
Чтоб в лицо его посмотреть.
Я смотрю. И поражаюсь тому, насколько бешеный, насколько дурной сейчас у него взгляд.
Немой, по своей обычной традиции, не говорит ни слова, но смотрит очень говоряще. Прямо-так даже не говоряще, а… трогающе? Он словно прикасается ко мне. Губами. Опять! Как в ресторане! И я опять дрожу коленками, как слабовольная дурочка, не в силах ему противостоять.
