Уже не просто прикасаюсь губами, целую, и даже прикусываю, пока что легко. Пока что.
Себя не контролирую совсем, наваливаюсь, руки ставлю по обе стороны от напряженно сидящей передо мной фигурки, так, что она оказывается полностью в моих объятиях. Я пока что не сомкнул ладоней, остатком не мозга — нет! — инстинктами хищника, которые во мне вовсю сейчас руководят, понимаю, что пока рано. Не спугнуть… Не спугнуть только…
Она почему-то позволяет.
Сама не двигается, замирает, напрягается… Но не отталкивает.
Сквозь марево жара, душащего меня, замечаю, как сильно и часто поднимается и опускается ее грудь, как бьется синяя жилка под прозрачной тонкой кожей…
Я ее целую. Не могу сдержаться. Просто не могу.
Если бы сопротивляться начала, возразила, я бы… Не знаю, наверно, что-то сделал бы…
Но она не сопротивляется, не возражает. И я… Что-то делаю.
Мягко и сладко прикусываю ее, сдерживая зубы, но не до конца, наваливаюсь еще сильнее…
И неожиданно слышу тонкий, слабый стон.
Такой, что, наверно, только мое, настроенное чутко на ее волну ухо могло распознать.
Замираю на полсекунды , с неверием вглядываюсь в ее лицо, с пляшущими на нем отблесками прожекторов.
Глаза Альки закрыты, лицо… взволнованное, прикушенная красная губа. И полная податливость.
Охереть…
Это где-то что-то открылось, что ли, в подпространстве, что мне такой подарок прилетел сюда?"
"Интуитивно понимаю, что медлить нельзя, тормозить нельзя! Мне каким-то образом сейчас свезло! Но везение может в любой мопмент закончиться, надо не тормозить!
Но и не гнать.
Не проебать, короче, шанс.
Аккуратно перемещаюсь так, чтоб видеть ее лицо.
Красивое, бляха, какое красивое… Она ангел. Нежный, чистый… Хочу ее.
Дико хочу.
И возьму. Возьму. Сейчас возьму. Пока позволяет. Плевать, что потом будет! Сейчас она моя. Практически моя.
А будет — полностью.
Кладу руки Альке на плечи, она открывает глаза в этот момент, смотрит на меня… Странным взглядом, словно не соображая, что просиходит.
Со сцены доносится что-то лиричное, женский голос поет про разлуку…
И музыка эта нас обвивает, словно в кокон заключает, добавляя ситуации нереальности, сказочности…
Упираю ладони в хрупкие плечи и легко укладываю Альку, так и не оторвавшую взгляда от моего лица, на мягкую пенку.
И тут же, не теряя зрительного контакта, падаю сверху, оставаясь на локтях и жадно разглядывая лицо моей неожиданной сегодняшней победы.
