И ветер гонял его по асфальту, трепал Мишины волосы…
– Без тебя никуда не уеду! – упрямо повторила я.
– Зачем тебе это? – искренне удивился Миша.
Я пожала плечами.
– Как ты уже успел заметить, у меня всегда все правильно, четко и по расписанию… Захотелось выйти из зоны комфорта. Я всю жизнь летаю, почему бы разок не приложиться о землю.
– Смотри, не расшибись, – посоветовал Миша.
– Постараюсь, – кивнула я.
Мы замолчали. Пух, словно снег, продолжал падать на землю.
– Мне даже ночевать до отъезда теперь негде, – проговорил Миша.
Я задрала голову и посмотрела на окна десятого этажа. В одном из них зажегся яркий желтый свет.
Я взяла Мишу за руку и потянула его к крыльцу.
– Пойдем! Есть у меня одна идея.
Глава шестая
– Ты опять не берешь трубку… Получил мое последнее сообщение и не перезвонил. Он тебя там до смерти запугал? Или ты просто невменоз? Меня достала эта неизвестность… (Вздох.) Ты в состоянии хотя бы эсэмэс написать?
Я пока уезжаю из города. Прослушаешь это сообщение и сразу сотрешь, хорошо? Вообще не знаю, понимаешь ли ты, о чем я тебе толкую… Ощущение, будто говорю в пустоту.
Все так же одновременно ненавижу и люблю тебя, придурка. Надеюсь, скоро этот кошмар закончится. Пока!
* * *Утром перрон гудел от многочисленных отъезжающих и провожающих. Не люблю вокзальную суматоху, она нагоняет тоску.
Миша нес мой чемодан, а я воровато оглядывалась по сторонам. Что ж, пока никаких головорезов на горизонте не обнаружено. На пути мне попалась только группа школьников, собравшихся в летний лагерь.
Рыжеволосая женщина, уже уставшая пересчитывать подростков по головам, то и дело выкрикивала:
– Конюхова, встань на место! Вебер, это что у тебя за ухом? Нет, ты серьезно? Сигарета? Немедленно выбрось!..
– Ты ведешь себя подозрительно, – наклонившись ко мне, шепнул Матвеев, – не верти так головой.
– Миша, я боюсь! – призналась я. Скорее бы сесть в поезд.
– Ты же сама сказала, что они не сразу хватятся, что я уехал из города. На вокзале мы в безопасности. Смотри, сколько вокруг ментов.
– Надеюсь, ты никому не проговорился, что собираешься уезжать.
Миша нахмурился и ничего не ответил, только зашагал быстрее.
– Что? – задохнулась я от возмущения. – Проболтался? Кому?
– Да никому я не проболтался, – поморщился Миша. – Все будет хорошо! Перестань нагнетать. Ты что, дрожишь?
Да! Как осиновый лист на ветру. Миша остановился, поставил чемодан на асфальт, развернул меня к себе и заглянул в глаза:
– Успокойся! Ты такая дерганая.
