Нас заподозрят и на досмотр отправят.
– И что? – настороженно спросила я. Чемодан мы собирали с Мишей по очереди. Сначала я, потом – он…
– А то, что у меня там украденный у отчима пакет белого запретного порошка.
– Чего? – задохнулась я. – Это шутка такая?
Миша продолжал серьезно смотреть на меня. Тогда мне показалось, что мы молчим и сверлим друг друга взглядами целую вечность. Потом парень рассмеялся.
– Конечно, шутка! Мы ведь уже прошли досмотр на входе, дурында.
Я ударила парня по плечу.
– Безумно смешно! Шутник. Я и так сейчас от страха в обморок упаду!
Мы двинулись дальше вдоль состава, отыскивая номер своего вагона.
– Ты туда кирпичи сложила? – поинтересовался Миша, ставя чемодан на подножку.
Я поспешно достала из рюкзака наши документы и билеты. Натянуто улыбнулась проводнице, которая встречала пассажиров у входа в вагон.
– Там теплые вещи, – промямлила я. Про пакет с наркотиками шутить при персонале РЖД, разумеется, не стала.
– Мы едем на море, зачем тебе теплые вещи?
– В августе ночи холодные, – проговорила я.
– Ты, может, скоро уедешь обратно, а я планирую остаться дома до конца лета.
Мы шли по узкому коридору к своему купе, которое располагалось в конце вагона. По пути я поглядывала на перрон через окна. Любопытно следить за провожающими… Кто с улыбками, кто со слезами на глазах.
Открыв дверь, мы прошли в купе. Поезд громко лязгнул, резко дернулся, и я уткнулась Мише в грудь.
– В тесноте, да не в обиде, – смущенно пробормотала я.
– Ты еще жаловался, что в последние дни не можешь выспаться.
– Это да, – Миша сладко потянулся, – у Александры Марковны жутко неудобный узкий диван на кухне."
"Несколько дней перед отъездом Мише пришлось перекантоваться у моей соседки. На удивление, Александра Марковна с радостью приняла парня. Я рассказала, что Миша – иногородний, у него жуткие проблемы с родителями, поэтому ему пришлось сбежать из дома. Суровая тетка против наших отношений, ну а мы, как Ромео и Джульетта, жить друг без друга не можем.
Хотим уехать к морю. Кажется, впервые в жизни я врала человеку, старше меня в несколько раз…
– Миша попросит руки у моего отца, – сообщила я Александре Марковне, когда одинокая старушка пригласила нас в тот вечер на кухню. Знала, что такой финт произведет впечатление на пожилую женщину.
– Неужели? – воскликнула радостно соседка.
– Неужели? – сбоку поглядел на меня Миша.
