Не ставшая жертвой

Безошибочно определив, что нанести ему более или менее существенное ранение в верхнюю часть туловища не получится, Мария, когда «Кирпич», на доли секунды, повернулся в ее сторону, прыгнула ему в пространство между колен и, мгновенье спустя, нанесла удар ножом в нижнюю область паха, как раз между ног.

Очевидно, она смогла повредить проходящую там артерию, так-как бурая жидкость, брызгая, «била» фонтаном, обагряя ей лицо и одежду.

— Ты, кажется, «трахнуть» меня хотел!? — умываясь кровью врага, безумно хохоча, прокричала на миг «ополоумевшая» воительница, — На, теперь наслаждайся!

Постепенно кровяное давление все снижалось, а тело бандита стало дергаться в предсмертных конвульсиях.

Вихрева медленно приходила в себя от внезапно охватившего ее безумного чувства, какое бывает иногда у людей, когда они вступают в единоборство с последующим убийством своего опасного недруга. Отойдя в сторону, она предоставила бывшему «отморозку» спокойно скончаться.

— Как же вам всем хочется моего тела, — произнесла девушка, в качестве краткой панихиды, отнесенной к бандиту, — но, поверьте, ничто в этом мире не дается даром.

Далее она оттащила мертвые тела бывших преступников подальше в сторону от костра. Сняла с них одетую сверху военную форму и, насколько это было возможно, оттерла кровь с лица и своего одеяния. Закончив убирать трупы, она вернулась к огню, где тут же принялась уничтожать оставшуюся после бандитов еду. Кроме болотной клюквы, за весь день Маша ничего так и не съела, поэтому сейчас с жадностью поглощала хлеб и консервированные продукты.

«Хорошо еще, что не все здесь сожрали, глупые „сволочи“», — пережевывая пищу, отзывалась в душе «путешественница», благодаря таким образом беспечных хозяев за проявленное ими «гостеприимство». Насытившись, Мария, подбросив в огонь побольше сухого топлива, не выдержав свалившихся на нее за последние сутки нервно-физических потрясений, «провалилась» в глубокий бесчувственный сон.

Она спала так крепко, что даже если в ту ночь, кто и задумал над ней что-нибудь сделать, то вряд ли она смогла это предвидеть. В данном случае даже ее хваленная интуиция полностью отключалась, позволяя организму отдохнуть и набраться сил для, наверное, самого важного и ответственного дела в ее непродолжительной жизни.

Эта ночь прошла абсолютно спокойно. Ни животные, ни люди, ни даже служители потустороннего мира ее не побеспокоили.