Не ставшая жертвой

— А ты, «сука», хитрая, — зло засмеялся бандит, — ищешь близкого боя. Ну давай, «худышка» ползи, я тебя в порошок мгновенно сотру лишь-только встречу.

Шум, создаваемый от винтовки, слышался на расстоянии десяти метров, и «Кирпич» еще не знал, что опасность находится уже в непосредственной близости от него, только не спереди, а чуть сбоку, и их разделяет едва ли более метра. Увлеченный тем, что предположительно находится перед ним, он настолько был увлечен приближением цели, что ни на что уже более не акцентировал пристального внимания.

Внезапно, краем глаза он уловил, с правой руки от себя, еле заметное молниеносное движение — будто темнота стала гуще и резко перемещалась в его сторону. Все-таки он инстинктивно дернулся и успел перевернуться с живота на спину, вытянув вперед руки, удерживающие «Калашников».

Мария, приблизившаяся к неприятелю на кратчайшее расстояние, достала из кармана складной нож, всегда находившийся при ней, и раскрыв его лезвие, отжалась руками от почвы, подтянула к груди ноги, и словно пантера, осуществляя прыжок, бросилась на врага.

Она успела заметить, что тот выставил ей навстречу корпус своего автомата и, левой рукой упершись в него, чтобы не удариться туловищем, правой, удерживающей клинок, полоснула по лицу безжалостного бандита.

Тот, в свою очередь, доводящим движением, перекинул внезапно свалившуюся на него «беду» на противоположную сторону той, откуда она появилась. Девушка опустилась на четвереньки и приготовилась к очередному броску.

«Кирпич», которому кончиком острия, по всей длине, был рассечен лоб, дико вскрикнул от боли и отпустил оружие, упавшее рядом. Свои руки он машинально приблизил к лицу и удерживал их так не более, чем секунду. Хоть у него и началось обильное крове-течение, он, ожидая очередного опасного нападения, отнял свои верхние конечности от поврежденного места, и стал размахивать ими перед собой, перекрывая грудь и голову, и ворочаясь из стороны в сторону, создавая впечатление мельницы. Кровь застилала ему глаза, поэтому он и действовал таким образом, ничего не видя, стремясь не подпустить противника к жизненно важным органам.

— А-а, «тварь»! — кричал он в безудержном гневе, — Я с тебя, «шлюха», с живой шкуру сдеру! Всё, смерть тебе!

— Тебе, смерть, — стиснув покрепче зубы, словно змея, прошипела отважная Вихрева.

Далее для нее все было словно во сне.