– Потому что я чертовски ревнива, Адриан! – вспыхиваю я, перебивая этого упрямого мужчину, который смеет мне сейчас говорить про наш чертов договор. Неужели, не понимает? Сейчас для меня не существует этой проклятой бумажонки. У меня сердце переполнено такой любовью к нему, что самой страшно и тошно. Если бы я только могла сейчас вырвать из груди сердце, я бы непременно сейчас это сделала, пребывая в ужасе от своих чувств.
– Я жутко ревную, – снова признаюсь я, очерчивая кончиком указательного пальца линию его квадратной челюсти.
– Точнее, это не ревность даже. И не неуверенность в себе, Адриан. Я просто не хочу, чтобы другие женщины прикасались к тебе, – прикрывая веки, веду большим пальцем по его губам, ощущая, насколько они чувственные для мужских. Они способны дарить столько наслаждения и говорить столько ужасных вещей. Они способны опустить на дно и подарить крылья. – Так прикасались к тебе, – другой рукой вырисовываю витиеватые рисунки на его затылке. – Хочу, чтобы только я имела право на это.
Я безумная, да? Но разве ты не хочешь, не требуешь от меня того же? – сталкиваю нас лбами, замечая, как его грудь начинает подниматься и опускаться вверх чаще. Горячее дыхание становится надрывным и тяжелым. – И я хочу быть единственной, на кого у тебя так жестко стоит, Адриан, – предварительно опустив руку к его паху, обхватываю его горячую и упругую плоть, мягко проводя подушечкой большого пальца по чувствительному месту под головкой…мой тихий стон заглушается рыком Адриана, полным призыва к тому, чтобы я продолжала свои шальные ласки ладонью и пальцами.
– Такой суровый. Тебе неприятно? – мурлыкаю я, глядя на покер-фейс маску, сковавшую его черты лица, которая начинает трескаться по мере того, как я набираю обороты и взываю к внутренней развратнице.
– Продолжай, – снисходительно произносит Адриан, но, несмотря на его тон, я прекрасно вижу и чувствую, как учащается его пульс, когда мои пальцы плотным кольцом скользят по его вздыбленному стволу.
– Что нужно сделать, Адриан? Чтобы мое желание сбылось? Чего ты хочешь?
– Обожать меня, Лия.
Беспрекословно обожать. Принимать безоговорочно и безусловно. Несмотря ни на что, – порочным тоном заявляет Адриан, едва не сорвавшись на дерзкий рык.
– А ты сомневаешься, что я обожаю тебя? – вовлекающим в свои коварные женские сети, нежным и порочным голосом интересуюсь я, едва касаясь его губ своими. Они такие горячие, терпкие, мягкие, само воплощение греха и моего падения.
