И что-то в ее голосе заставляет поверить, что именно этим она и займется в ближайшем будущем.
– Не надо, Эм. От него итак ни черта не осталось, – хрипло вырывается у меня.
– От моего тоже, Эйд. Может и к лучшему? Бессердечным тварям живется проще.
Прежде, чем я успеваю осмыслить ее слова, Эмилия вплотную прижимается ко мне, встает на носочки и жадно целует в губы. Я отвечаю, тянусь к ней, но она легко толкает меня в грудь и ускользает. Я не совсем понимаю, что задумала Эм, и поэтому временно занимаю наблюдательную позицию, но это чертовски сложно.
Практически невозможно, когда Эмилия Гордеева находится рядом. А когда она начинает раздеваться, виляя своей сексуальной задницей, у меня напрочь крышу сносит. Соблазнительными движениями Эм выскальзывает из своего развратного платья, стягивает по бедрам трусики, немного наклоняясь вперёд и прогибаясь в спине. Ее небольшая красивая грудь выглядит просто идеально при таком ракурсе, и Эм прекрасно это знает.
Сжимает пальчиками коралловые маленькие соски и грациозно шагает в мою сторону, переступая через трусики и сброшенное платье. В горле становится сухо, как в пустыне. Она убить меня хочет? Или все-таки трахнуть? Не знаю, как насчет сердца, но натянувший штаны член точно находится на грани взрыва.
Приблизившись вплотную, Эмилия проводит кончиком языка по моей нижней губе, и снова отступает, когда я пытаюсь поймать ее за талию. Шаловливо улыбнувшись, гордячка берется за край моей футболки и резко тянет вверх, снимает через голову и швыряет в сторону.
В следующее мгновение ее острые зубки болезненно смыкаются вокруг моего соска, оттягивают назад, и отпускают, обводя влажным языком, переключаются на второй. Ее пальцы сжимают мою эрекцию сквозь ткань и жестко ласкают, вызывая сдавленный стон.
Пока я стою, как полный идиот, ошарашенный нестандартным смелым поведением гордячки, Эм берет инициативу на себя, толкает меня назад, заставляя пятиться в сторону кровати.
Опрокидывает на спину, быстро освобождает от штанов и забирается сверху. Оседлав мои бедра, кладет мои ладони на свои дерзко торчащие груди, и, приподнявшись, медленно принимает в себя возбуждённый член. Я ни хрена не понимаю. Эта девушка рождена для того, чтобы ломать стереотипы. С грудным рыком толкаюсь навстречу, заполняя полностью. Она сдавлено стонет, облизывая пересохшие губы.
