(Не)строго бизнес

Иначе и быть не может, когда дело доходит до секса с бывшими.

– Эмили, какого черта, – обхватив меня за талию, Клайд разрывает поцелуй, смерив меня уничтожающим взглядом. Серые глаза превращаются в графитовые, что немного пугает.

– Давай никому и никогда об этом не расскажем. Не знаю, что на меня нашло, – тяжело выдыхая, извиняющимся тоном бормочу я, прикладывая указательный палец к его губам.

– Я знаю, зачем ты это сделала, – шипит сквозь зубы мужчина, поворачиваясь ко мне той гранью, которую я в нём ещё не видела.

– Не понимаю, о чем ты говоришь. Я просто…слишком много выпила, Клайд. Нужно было отказаться от второго коктейля, – опускаю взгляд, показывая напускное смущение. Черт возьми, когда я стала такой сукой? Или всегда такой была? Это неважно. Иногда очень полезно явить миру свою сучью натуру, чтобы у него даже мысли не было тебя обидеть, подавить и проглотить, не пережевывая.

В этом слове так много. Хрупкого, трепетного, страстного, сокровенного… «ты мой, ты только мой» – шептала ему, покрывая поцелуями черты лица, после совместного оргазма и выхода в астрал, открытый космос…вместе. Но я все это себе придумала. И «мой», и наш полет в космос, в то время как для Адриана все это было лишь «трахнул, кончил, пошел к другой».

– Я вызову тебе такси, Эмили, – вырывает хлесткий тон Клайда из мыслей об Адриане.

– Без проблем, – соглашаюсь я, прекрасно понимая, что Гиббсу придется несладко за этот эпизод в ресторане.

Но я не могла поступить иначе.

Я не могу остановиться. Я не просилась в грязную бесчестную игру Батлера, не навязывалась на роль дорогой эскортницы. Это Адриан втянул меня, сделав очередной пешкой, от желаний которой, как ему кажется, ничего не зависит. Но он просчитался. Мой ход, Батлер. Прямо и только вперед. Сейчас, когда половина шахматной доски пройдена, я не могу сдаться и думать о чем-либо кроме победы.

Этому тяжелому и насыщенному адскими событиями дню не суждено пристать к тихой гавани. Потому что, как только я возвращаюсь домой, захожу в свою пустую квартиру, больше не наполненную озорным смехом Марка и капризными вскриками Маши, и чувствую, как начинаю задыхаться от одиночества, мой телефон сотрясает настойчивая вибрация звонка от Пола, мать его, Баррета.