(Не)строго бизнес

– Ты это серьёзно, Эм? – понизив тон до приглушенного рычания, наклоняюсь так низко, что наши носы соприкасаются.

– Может уже начала? Успела с Демидовым, пока шмотки свои собирала?

– А если да? Что ты сд … – она не успевает договорить. Испуганно жмурится и кричит, когда сжатый кулак с силой обрушивается на стекло в десяти сантиметрах от ее головы.

– Убью! – ледяным тоном сквозь стиснутые челюсти бросаю я. Бью по стеклу снова, не обращая внимания на пульсирующую боль в расхераченных костяшках. В образовавшейся липкой тишине слышится только мое тяжелое дыхание и ее тихие всхлипывания.

Ее плач остужает меня, снимает бешеную пелену с глаз. Жесткий откат сверлящей болью простреливает виски. Я разжимаю кулак и, пошатнувшись, отступаю назад, полуслепым взглядом наблюдая, как по стеклу ползут кровавые ручейки, сливаясь с дождевыми реками, стекающими по ту сторону окна. На Эм не смотрю, но чувствую ее испуганный взгляд, он выжигает что-то внутри, оставляя едкий черный пепел. Она трясётся от страха и, наверное, у нее есть для этого веские причины. Гнев, еще секунду назад застилающий глаза, испаряется так же быстро, как и возник, сменяясь опустошением и смертельной усталостью.

– Ничего не было, Эйд, – дрогнувшим голосом всхлипывает Эмилия. Шок толкает ее на необдуманные поступки. Ей бы бежать прочь, а она обхватывает мое лицо и приближает к своему. – Слышишь меня? Я бы не смогла…

– Я знаю, – с трудом фокусирую на ней неподвижный взгляд. Слезы градом катятся по бледным щекам. – Ты не умеешь врать, Эм.

Ты лучше меня, малышка. Лучше всех, кого я когда-либо знал, – бормочу я и, обняв за талию, утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи, считывая зашкаливающий пульс губами. Она так напугана, что почти не дышит. Дрожащие ладошки хаотично гладят мои плечи, успокаивая, утешая… Кого из нас? Я стягиваю с ее волос заколку, распустив их по плечам, со вздохом удовольствия запускаю пятерню в густую шелковистую гриву, не замечая, что пачкаю кровью темные локоны. – И поэтому ты опаснее всех остальных, – шепчу я, касаясь губами маленькой ушной раковины.

– Отпусти меня, Батлер, – тихо просит Эмилия. Я застываю, подняв голову. Она смотрит на меня с умоляющим выражением, смаргивая набегающие слезы. Гребаная сердечная мышца болезненно сжимается, когда я осознаю, что гордячка настроена серьёзно. – Ты получил все, что хотел. Можешь трахнуть меня напоследок, если тебе это необходимо, а потом уезжай. Оставь в покое «Эталон групп» и возвращайся в Америку.