– Надеюсь, и не случится больше, – с чувством отозвался Пенрок."
"– Так вы в то время здесь гостили? – спросила Грейс, предприняв неловкую попытку погладить Азиза.
Песик немедленно соскочил с кресла и уселся на полу, нервируя мисс Морланд пристальным взглядом.
– Это случилось в самом конце каникул, – объяснила Венис. – Фрэн с бабушкой, как обычно, гостили у мистера Пенрока, а мы с Генри проводили здесь последнюю неделю медового месяца. Лето не лето, если хоть несколько дней не провести с Пеном!
Она нежно улыбнулась Пенроку.
– А как поживает дорогая леди Харт?
– О, у нее все хорошо, она сейчас спустится. Джеймс Николл тоже здесь, вы знаете?
У Джеймса Николла в местной бухте стояла парусная лодка, хотя бо́льшую часть лета молодой человек проводил в деревенском пабе. Грейс он запомнился рассеянным, немного вялым и весьма неряшливым студентом. В последнее время он начал, хоть и без особого рвения, принимать участие в делах семейной фирмы и стал чуть менее неряшливым, хотя по-прежнему постоянно витал где-то в облаках.
Его опекун и родной дядя, суровый старик, присматривал за племянником – надо отдать молодому человеку должное, он не давал серьезных поводов в чем-либо себя упрекнуть. При первой же угрозе войны дядя-опекун сбежал в Америку. Было бы ради чего бегать, с легким злорадством подумала Грейс – не далее как вчера она прочла в газете его некролог. Несомненно, племяннику достанется жирный куш; между прочим, говорят, мистер Николл сейчас в армии…
– Ах, какая радость! Я слышала, он нынче носит военную форму?
– Как же, как же, наш отважный мальчик в грубой шинели! – с мягкой насмешкой ответила Фрэн.
– Он не знает, какой рукой положено козырять, и наверняка всегда шагает не в ногу, а в остальном бравый вояка. Сейчас у него увольнительная на неделю, и мистер Пенрок пригласил его к себе. Да, милый Пен?
Вот и прекрасно, думала Грейс, согревая замерзшие ноги у очага. Быть может, Фрэнсис займется этим Николлом, раз уж он получил наследство, и отстанет наконец от мистера Пенрока.
«Милый Пен», вы подумайте! Скорее бы принесли чай.
– А вот и бабушка! – воскликнула Фрэн.
Сестры бросились к двери.
– Бабушка, ну как ты, подремала?
Старая леди больше всего напоминала пышный свежеиспеченный каравай, на который сверху посадили горошину вместо головы. Она весело вкатилась в комнату, сияя улыбками.
– …А вот мисс Морланд, – прибавила Венис.
– Она рисовала рощицу, где прошлым летом девушку убили.
