– Фрэн все никак не могла успокоиться, настолько ее поразил странный выбор художницы.
Леди Харт, слегка удивившись, уселась в кресло под бурные оправдания Грейс.
– Ах, вот хорошо, Генри и Джеймс уже здесь! – заметила старушка. – Я хочу чаю.
На первый взгляд могло показаться странным, что двое настолько разных людей так тесно сдружились. Генри Голд – ярко выраженный еврей, хоть и без анекдотических черт: невысокий, худой, некрасивый, с озаряющей все лицо, чуточку плутоватой и неотразимо обаятельной улыбкой. Джеймс Николл – почти на голову выше, слегка сутулый, с вечно сонным взглядом интеллектуала, отстраненно взирающего на человеческую суету.
Единственный здесь в военной форме, Джеймс не хвастался своей летной карьерой, уделяя ей всего лишь насмешливо-ленивую улыбку.
– Как я рада вас видеть, мистер Николл, и в хаки! – восхитилась мисс Морланд. – Или вас нужно звать капитаном? Или майором? И эти очаровательные ромбики на погонах! Для меня большая честь пожать вашу руку.
– Да неужели? – удивился Джеймс.
– Вы были во Франции во время всех этих ужасов? Дюнкерк и прочее? Прошу вас, расскажите о ваших приключениях! Или… – Она продолжила громким шепотом: – Быть может, вам не хочется говорить об этом?
Джеймсу очень даже хотелось говорить об этом, только не с мисс Морланд.
Генри пришел ему на помощь:
– Он все время просидел на аэродроме, уткнувшись в карманное издание «Бесплодных усилий любви».
Завидует, конечно. Ох уж эти евреи!
– А вы, мистер Голд, я смотрю, не в военной форме, – промолвила Грейс.
– С его профессией не берут в армию. – Венис ринулась на защиту мужа. – Он еще в самом начале войны хотел пойти добровольцем, но ему не разрешили. Сказали, он на своем месте нужнее.
Генри усмехнулся, прикрываясь ладонью. Милая Венис! Как будто его волнует мнение нелепой старой девы. Однако в глубине его души небрежная неприязнь к мисс Морланд усилилась и приобрела личный характер.
Азиз с недовольным видом отошел от Грейс, устроился на коврике у камина и занялся сложными гигиеническими процедурами.
– Солнышко, здесь нельзя! – пожурила его Фрэн, подталкивая в бок носком туфельки. – Воспитанные собаки так не делают!
Поразительно, изумилась Грейс, устремляя взор в неведомую даль, – ну можно ли вот так привлекать к этому общее внимание?
И сказала, чтобы заполнить паузу, которую никто, кроме нее, и не заметил:
– Азиз – что за странное имя?
– Потому что он у нас черненький, – ответила Венис, как будто это все объясняло.
Мисс Морланд смотрела непонимающе.
