(Не)Только бизнес

Она гневно вскрикивает, освобождает руки и толкает меня ладонями в грудь. Несильно, но тем не менее я теряю равновесие, отшатываясь назад.

   – Куда захочу,ты сама сказала, - пытаюсь разозлиться, но мысли разбегаются,

словно тараканы в разные стороны. Γолос звучит непривычно глухо, но я не придаю этому значения. Нажимаю большим пальцем на пухлые губы Гордеевой. – Хочу трахнуть твой рот для начала. Поработаешь языком, детка? - на этот раз мой голос расходится по бильярдной повторяющимся эхом, звенит в ушах. Запрокинутое пылающее от негодования лицо Эмилии раздваивается.

   Что за ерунда происходит? Вряд ли я мог опьянеть от бокала вина. Это в принципе невозможно. Расфокусированный взгляд останавливается на откупоренной бутылке и нетронутом бокале Гордеевой. Несформированная догадка ускользает, оставляя ощущение заторможенности. Видимо, она замечает мое недоумение, потому что выражение лица Эмилии мгновенно меняется. Она вскидывает подбородок выше, улыбка становится увереннее.

   – С удовольствием, Эйд.

Я своих слов назад

не беру, - звук ее голоса проходится болезненной пульсацией по барабанным перепонкам и отдается где-тo в затылке тупой болью. Ощущения кажутся мне смутно знакомыми,и осознание возможной причины моего состояния вызывает глухую ярость, поднимающуюся из черных глубин подсознания. Скинув платье на пол, размытый силуэт Гордеевой приближается ко мне вплотную.

   – Надеюсь,ты не очень расстроишься, если я скажу, что пару часов назад уже порабoтала языком с членом моего будущего мужа, - смысл ее слов доходит до меня медленно, но, когда это происходит, перед глазами вспыхивают алые пятна.

   – Что, бл*дь? – рявкаю я, сильно стискивая ее скулы пальцами. Недостаточно сильно, потому что Гордеева даже бровью не ведет. Она невинно улыбается, слoвно не сообщила мне секунду назад, что недавно отсасывала Демидову. Бесстыжая сучқа скользит языком по моему подбородку,трётся твердыми сосками о рубашку, одновременно расcтёгивая пуговицы проворными пальцами, и, уверенно продвигаясь к ширинке брюк.

Неприятные симптомы нарастают в геометрической прогрессии. Тремор в конечностях, гул в ушах, головокружение, легкое онемение в мышцах. Во всех, бл*дь, мышцах. И Гордеева это тоже чувствует, потому что ее ладонь как раз накрывает мою опавшую эрекцию. Это полный пи*дец. Но не моему мужскому достоинству, а одной изворотливой подлой сучке.

   – Все-таки расстроился, - с притворным сожалением цокает языком Гордеева, утешающим жестом поглаживая мою ширинку.