— Надо было лет через пять приходить, — процедила в ответ. — Полегче было бы.
— Надо было в договор включить, чтобы ты перестала попрекать меня прошлым, — сухо отозвался и резко поднял Егора столбиком. — Хочешь полетать? — спросил деловито. Сын молчал, только мокрыми изумленными ресницами хлопал. — Давай в конце недели сгоняем куда-нибудь? Полетим с ветерком.
Егор не ответил, но плакать и капризничать перестал.
— Куда ты собрался? — шепотом спросила.
— На симуляторе можно, куда угодно. Но главное, что Егор успокоился, — Мантуров был очень доволен собой.
Отец-молодец, блин!
Москва была зеленой и обновленной. Я смотрела в окно и вспоминала, как убегала отсюда раненной в сердце птичкой. А возвращалась, пряча душу так далеко, что никто не сможет найти. Только если сама решу показать.
Машина притормозила возле ажурных ворот — дрожь узнавания прошла по телу. На лице демонстративное спокойствие, но меня взволновало это место. Когда-то оно было нашим.
— Пойдем, милый, — взяла сына за руку. Неспешно двинулась к парадному входу.
Как странно, ощущение, что ничего не изменилось. Словно здесь остановилось время. Тимур открыл дверь, и я вошла. Внутри все как и три года назад. Я окинула взглядом гостиную: стену лестницы на второй этаж по-прежнему украшали мои картины, та же мебель, вазы, шторы. Наша маленькая интимная жизнь: магнитик с логотипом футбольного клуба Барселоны — Тимур болел за них; изящный букет бирюзовых сухоцветов — я их покупала в самом начале беременности; индийский лоскутный ковер, привезенный с Гоа.
Мне не понравилась Индия, но это был интересный опыт.
— Как странно… — сглотнула вязкий ком и улыбнулась сыну. — Пойдем, посмотрим, есть ли вкусненькое на кухне?
Егор с интересом рассматривал большой дом. Конечно, у бабушки с дедушкой не такой, попроще, но там был особенный дух родного места. Здесь стоял запах моющих средств, дерева, лака, которым были покрыты полы."
"Холодильник заполнен продуктами. Кто-то из подручных Тимура постарался. Я сделала омлет с вареной колбасой. Егор в дороге перекусил фруктовым пюре, но на горячую еду набросился с удовольствием.
В этом плане мне повезло — кушал он прекрасно! Всеядный и не переборчивый.
На Тимура я не готовила. У нас фиктивный брак, поэтому никаких обязанностей жены выполнять не планировала. Как-то ведь он жил три этих года: не похудел, не поплохел, не облысел. Ну и дальше пусть подъедается на стороне во всех смыслах.
Мантуров мялся рядом, потом ушел настраивать телевизор и проверять технику.
