Специалистом оказалась миловидная женщина лет пятидесяти, с аккуратной короткой стрижкой. Она уложила меня на кушетку.
— Дата первого дня последней менструации?
Я назвала ей дату и тут же сама чуть привстала. Господи. Прошло почти два месяца. Как я могла не обращать внимание, как могла вообще забыть про задержку и не посмотреть в календарь. У меня столько времени не было мужчины… что и в мыслях не было беременности. Совершенно.
— На таком сроке лучше смотреть вагинально. Расслабьтесь больно не будет.
Я несколько раз кивнула и прикрыла глаза.
Пусть это окажется ошибкой. Пусть доктор где-то перепутал анализ.
— Так вот оно. Плодный мешочек и в нем эмбриончик. Иди сюда, малыш. КТР одиннадцать миллиметров, что соответствует сроку семь недель. Прикреплен по задней стенке матки. Вот… уловила пульсацию сердечка. Хотите послушать, мамочка?
Я всхлипнула и зажмурилась, сжимая руки в кулаки.
— Нет, не хочу, спасибо.
— Ага… понятно. Ну что я могу сказать. Эмбрион визуализируется, размеры соответствуют срокам. Нет отслойки, матка тоже соответствует.
Если решите делать аборт, на этом сроке еще можно медикаментозно. Протянете пару недель, и придется чистить. Вставайте, одевайтесь. У меня все. С вас ****тысяч. Вы можете оплатить мне.
— Спасибо.
Я вышла из кабинета, как в тумане, тяжело уселась на сиденье скамейки в парке возле больницы и прикрыла глаза снова. Мое сердце бешено колотилось прямо в горле и руки вспотели от напряжения.
Сотовый разрывался от звонков. Это были и мама, и Лариска. Я выпила воды из маленькой пластиковой бутылки и ответила подруге.
— Уф. Наконец-то. Ты чего не отвечаешь? Ты меня ужасно напугала!
— Что-то с Тошей?
— НЕТ! С ним все хорошо! Я хочу знать, что с тобой! Как? Ты что-то узнала?
— Пока нет…
Соврала и сама не поняла почему.
— Мы ищем адвоката. Филе перезвонят сегодня вечером из столицы. Если нужно будет, этот человек приедет к тебе. Хороший адвокат. Нам его рекомендовал Толик. Но… и стоит он тоже хорошо. Правда, там стопроцентная гарантия, что он поможет. Арсен Тигранович — самый лучший в своем деле.
— Да, спасибо, Ларис… прости, мне еще нужно с генералом поговорить. Я потом тебе перезвоню.
Адвокат? Какой к черту адвокат? Кому? Самозванцу? Чудовищу, влезшему в ее семью? Этого человека мой сын называл папой! Зачем он это сделал? Зачееем? Я понять не могу. Что ему дал этот ужасный обман? Я должна с ним поговорить и понять, иначе я с ума сойду.
— Хорошо. Ты не волнуйся. С Антоном все хорошо. Мы кубики складываем по цветам.
