Опознать было трудно… но я узнала татуировку, узнала кривые лунки ногтей, нашитые инициалы на футболке. Не помню, что именно… но помню, что сомнений не осталось, и помню, что мне тоже хотелось умереть.
Антошка не дал. Осознание, что он растет во мне, что это часть Сережи, что это его прощальный подарок для меня, не дали мне сойти с ума.
«Что ты так по нему страдаешь? Козлом был твой Сережа! И ты прекрасно об этом знаешь!»
Потом, спустя время я много думала о наших отношениях и понимала, что она права. Скорее всего, мы бы развелись.
Он бы ушел от нас с Тошкой. И… мужем Сергей был таким себе. Я все это понимала, и любовь моя казалась детской, неправильной. Сейчас бы мне было сложно ужиться с Сергеем. Наверное. Я привыкла одна.
«Он тебя не любил, и его любить тоже особо было не за что!»
Маме он очень не нравился. Они не поладили сразу после нашей свадьбы, и ездила я к маме потом одна. У Сергея всегда было тысячу причин не поехать к ней, а мама выдумывала такие же причины не навещать нас. Для мамы все мужчины были козлами и мой отец в том числе.
Он нас бросил, когда мне исполнился год, ушел к другой, а потом погиб в аварии. Мама говорила, что это его Бог наказал. Теперь у нее завелся ухажер, и все свое свободное время она уделяла ему. Помогала финансово нам с Тошкой и постоянно злилась на то, что фирма Сергея доставляет столько неприятностей, но приезжать не торопилась. У нее работа и своя личная жизнь. В няньки она не записывалась. Примерно так высказалась Ирина Владимировна, когда родился Антон, и я вернулась из роддома домой.
«Он оставил тебе кучу проблем, включая своего сына!».
Мама давала мне деньги на аборт после смерти Сергея. Она считала, что мне одной ребенка не поднять, особенно с его долгами. Потом, когда проявилась особенность Антона, она сказала мне ту фразу, которая воздвигла между нами стену: «Если бы ты сделала аборт, Катя, то сейчас не возилась бы с этим инвалидом, а устраивала свою личную жизнь. Кому нужен такой довесок? Со здоровыми не берут, а у тебя такой… проблемный.
У меня сил и времени на возню с ним нет!».
Пиликнул сотовый.
«Машина внизу. Вас ждет шофер».
Начало немного подташнивать от волнения. Как будто все в тумане. Я собрала непослушные очень светлые волосы в хвост на затылке, покусала бледные губы, тронула пальцами синяки под глазами. Наводить макияж времени нет. В коридоре послышалась возня и шепот. Лариска приехала. Когда вышла из ванны и посмотрела на нее, она выглядела так же испуганно и встревоженно, как и я.
