Все эти годы я не жила без тебя, я выживала, я искала, в чем была виновата перед тобой. Я не понимала почему… А теперь я все понимаю, Сергей… и нет, я не ты. Я никуда не побегу! Мне есть, чем заняться… у меня особенный ребенок, и все свое время я хочу провести с ним.
А он вдруг схватил меня за руки и рванул к себе, но я уперлась ладонями ему в грудь.
— А я хочу быть с вами.
— У.хо.ди! Пожалуйстаааа!
Глава 15
Когда говорю эти слова, понимаю, что выношу приговор нашим отношениям. Выношу приговор нам обоим.
И мне больно. Как будто наживую ампутируют что-то внутри. Я больше не верила в нас, я больше не видела для нас ни единого шанса. У меня враз закончились все силы, я как будто превратилась в сдувшийся шарик без воздуха, тряпочкой валяющийся у его ног.
Стало противно от себя самой. Стоит напротив такой сильный, красивый, такой… по-мужски правый. Потому что мужчинам все позволено, потому что они… почему-то всегда имеют право «налево», а женщина должна терпеть и делать вид, что не замечает, ведь иначе это она разваливает семью… Я помню загул Филиппа.
Когда он нашел себе какую-то молодую студентку, а Ларка изо всех сил делала вид, что ничего не происходит. Мирилась с этим."
"«Перебесится. Особенно если дома всегда будет лучше. От хороших жен не уходят». Может, она и права, тогда я — не хорошая жена… я смириться не могу.
Он отступает, но не уходит, загораживает вход в квартиру, впрочем, и выход тоже. Криво усмехается и в этот момент кажется мне отвратительно красивым.
Таким, каким никогда не видела его раньше. Они всегда красивы в такие моменты почему-то. Филипп тогда тоже был по-особенному красивым. Как кобель на случке. Я его возненавидела вместо Ларки. Потом, конечно, вернулся в семью, бросил студенточку, которая занялась выкачкой денег, а еще и надумала на бесплодного Фильку навесить беременность.
— А знаешь… я не уйду. Почему я вдруг должен уходить. Это и мой дом тоже. Или нет?
Сказал, как выстрелил прямо в сердце. У меня внутри все скрутило в узел.
Этого я никак не ожидала. Вроде несколько минут тому назад соглашался уйти…
— Твой… да, конечно, и твой тоже. Но дом — это не только стены. Это то место, где тебя ждут и любят. Так вот, здесь тебя больше не ждут!
— И не любят? — спросил очень тихо, даже как-то обреченно.
Я очень медленно вздохнула.
— Любовь, к сожалению, нельзя выключить словно телевизор… Как бы сильно не хотелось.
И это вдохнуло в него новые силы и выкачало их из меня.
