— Ерунды?
Я вздернула голову вверх, оттолкнула его от себя изо всех сил. Больно резанула меня эта его «ерунда».
— Своего ребенка ты называешь ерундой? Ко мне подходит женщина с малышом и говорит, что это твой сын. Ты знаешь… ничего хуже в этой жизни я не слышала, даже твоя…
И запнулась.
— Даже моя смерть тебя настолько не поразила, верно? Ты ведь это хотела сказать?
Снова потянулся ко мне, но я отрицательно закачала головой, выставляя руки вперед.
— Нет… не надо. Не трогай меня. Не сейчас. Я хочу… хочу, чтобы ты ушел.
Хочу, чтобы забрал вещи и уехал. Пока. Мне надо подумать, надо побыть одной. И… вообще решить. Мне кажется, между нами, все кончено, Сергей.
Сцепил зубы, сжимая руки в кулаки:
— Катя, — севшим, осиплым голосом, — запомни, я никогда и никуда не уйду. Даже если переступлю порог этого дома, из твоей жизни я не уйду, поняла? И я буду решать — все кончено между нами или нет!
Сдавил мои плечи теперь уже до боли. У меня не получилось высвободиться или оттолкнуть его, он вдавил меня в стену и прохрипел мне в лицо.
— Никогда не говори мне, что я должен уйти и что между нами все кончено, поняла? Никогда не смей мне этого говорить!"
"Сейчас его глаза горели дьявольским огнем и казались страшными, звериными. Таких глаз я у него никогда не видела. Не знала, что способен на такой нечеловеческий взгляд. Отпустил меня, и я, выдохнув, стиснула пальцы, стараясь побороть приступ паники.
— Я… я сейчас уйду, а ты подумай, побудь наедине с собой. А вечером я вернусь! И никуда отсюда не денусь, так и знай.
Кроме тебя в этом доме есть мой сын, и я хочу с ним быть!
— Ты не можешь здесь сейчас оставаться!
— Я не спрашивал твоего мнения!
И шваркнул со всей дури дверью. Внутри меня мое сердце дернулось так же сильно.
***И все же семь лет не прошли просто так. Оказывается, я таки его не знала. Вообще не знала, на что способен, каким человеком был и каким стал за это время. Мне вообще просто хотелось вернуться обратно. В позавчера, или в неделю назад, когда всего этого еще не было, когда я была счастлива и забыла о проблемах.
Да, мне хочется не думать о прошлом, мне хочется, чтобы той женщины не было. Забыть о ней, стереть ее из памяти, но я не могу. Она сидит в моей голове, в моих мозгах. Она и ее ребенок. Вася. ЕГО СЫН. Еще один. Совершенно здоровый, нормальный ребенок… И тут же возненавидела себя за то, что сравнила с Тошкой. Зачем? Чтобы сделать себе еще больнее? Чтобы ощутить себя виноватой во всем.
