Не жди меня долго

И еще, – Стерхова подняла глаза на следователя, предчувствуя протест. – Дело об исчезновении «Океаниды» тоже возобновлено. Его материалы также необходимо запросить из архива.

Горшков заметно напрягся и с иронией в голосе поинтересовался:

– Не многовато ли будет? Не надорвемся?

Стерхова невозмутимо кивнула:

– В самый раз. Работы прибавилось, но эти дела связаны с убийством Воронина. Уверена, нам разрешат привлечь дополнительных сотрудников. Об этом я позабочусь. – Она поднялась и, подводя черту, распорядилась: – Работаем.

Сбор послезавтра в восемь утра. Созвон по необходимости.

Совещание закончилось. Мужчины собрали свои бумаги и потянулись к выходу. Последним выходил Горшков. В дверях он столкнулся с мэром Шуваловым. Они коротко обменялись рукопожатиями. Горшков вышел, а мэр прошел в комнату и подсел к столу, за которым сидела Стерхова.

– Приветствую! Как продвигается расследование, Анна Сергеевна? Как живется в Светлой Гавани? Нужна ли какая-то помощь с моей стороны?

– Здравствуйте, Вячеслав Игоревич.

Это вы, кстати. Нам нужен еще один оперативник и помощник следователя для Горшкова. Дело разрослось, и он зашивается.

– Ну, это не проблема. Позвоню, кому надо. – Пообещал Шувалов и тут же перешел к сути визита: – А я и пришел к вам по этому вопросу. Мне показали документы, которые пришли в ОВД из Москвы. Признаться, я обескуражен.

– Почему? – спросила Стерхова.

– Мы вроде договорились, что расследование будет быстрым, без лишнего шума.

 – Сказал Шувалов.

– Не помню, чтобы я вам обещала такое, – ответила Анна.

– Дело, как вы правильно выразились, разрастается и приобретает дополнительный масштаб. Вы вскрываете старые раны. Одно дело – музей Кошелева. Другое – расследование старых преступлений, которое Бог знает, к чему может привести.

– Вот и посмотрим, – холодно заметила она.

– На что? – озадачился мэр.

– Посмотрим, к чему это приведет.

– Анна Сергеевна, давайте, говорить по-дружески?

– Мы с вами не друзья, Вячеслав Игоревич.

Вы – должностное лицо, я – следователь по делу об убийстве. Разговор может быть только официальным.

Шувалов поднялся, возмущенный такой категоричностью:

– С вами, как я вижу, невозможно договориться.

– Ну, почему же… – заметила Стерхова. – Смотря, о чем договариваться.

Они обменялись напряженными взглядами, и Шувалов вышел из кабинета.

Конфликт не предвещал ничего хорошего.

Анна отложила бумаги и устало потерла переносицу.