Не ждите меня в Монте-Карло

Дышать приходилось неглубоко и часто, а те горькие чувства, которые должны были охватывать ее рядом с практически потерянным для любви Гавриловым, удивительным образом потускнели и ушли на второй план.

– Тур вальса? – спросил между тем ее кавалер, протягивая Веронике руку.

– С удовольствием, – ответила та голосом, полным скрытого страдания.

– А вы точно не упадете в обморок, как Элизабет Суонн?

– Это та девушка, которая свалилась со скалы в «Пиратах Карибского моря»? Надеюсь, что нет. В случае чего сделаете мне искусственное дыхание, – ответила Вероника с натужной улыбкой.

Но когда грянул вальс «Амели» и Гаврилов положил руку ей на талию, у Вероники окончательно сбилось дыхание. Музыка была красивой и горькой, как черный шоколад, как рябиновый биттер, как безответная влюбленность. Гаврилов был чертовски красивым в черном костюме и казался таким удивительно беспечным, что на него оглядывались симпатичные незнакомки. Веронику внезапно накрыл сумасшедший восторг момента. Она будто парила в невесомости, увлекаемая Гавриловым, который уверенно вел ее в танце и при этом очень бережно держал за талию.

Он прикасался к Веронике щекой, а иногда отстранялся, чтобы заглянуть ей в глаза. И он хорошо улыбался – без своей обычной иронии. Музыка была плотной, почти осязаемой, и Вероника уже не могла сказать, что чувствует.

Они станцевали еще несколько танцев, в том числе довольно зажигательных. Гаврилов не глазел по сторонам и как будто вовсе забыл про то, зачем они сюда пришли. Вероника почувствовала, что постепенно начинает оттаивать.

И в этот момент Гаврилов наклонился к самому ее уху и тихо сказал:

– Вы не обидитесь, если я пропущу один танец? Хороший момент, чтобы поговорить с Татьяной.

И он глазами указал на свою жену, которую, оказывается, все это время держал в поле зрения.

Вероника растерялась. Но тут же снова взяла себя в руки.

– Конечно, идите, – легкомысленным тоном сказала она. – А я пока отдохну.

– Где я вас потом найду? – спросил Гаврилов, глядя поверх ее плеча.

– Ну, не знаю. Буду стоять одна возле какой-нибудь из колонн. А если нет, значит, я ушла, чтобы снять чертово платье и отдышаться.

– Мне нужно поторопиться, пока Карманова нет – он очень драчливый.

Вероника отошла в сторонку и действительно прижалась спиной к колонне. Но тут свет приглушили, и цветные прожектора ударили по танцующим. Один из них выхватил фигуру Гаврилова, который в этот момент держал свою жену за руку и хохотал, откинув голову назад.