Вернее, полем.
Трофимыч остановился, я следом за ним. Он внимательно смотрел, как бы ощупывая взглядом. Брови сошлись в одну линию.
Я медленно домотал грязный бинт, подергал за болт, проверяя, крепко ли привязан. Крепко. Положил его в карман бушлата, где лежали патроны к ружью. Пауза затянулась."
"– Не хочу просто стучаться в закрытые двери, – поясняю свой вопрос.
– Кузьма, за такие намеки морду бьют. Если узнают, чей замок, то разговор короткий.
7
– Расстрел? – спросил я.
– Нет. Привязывают перед Всплеском на улице.
За жизнь видел одного, оставшегося в уме, – буднично, о страшном сказал сталкер.
– Как? – удивился я.
Провести под открытым небом во время Всплеска и остаться нормальным – это чудо. Это как исцеление, после визита к шарлатану – экстрасенсу. Невозможно.
– Как, как… Заметил осколок бутылки из-под водки. Пилил так, что кожу до мяса подрал. Хотя понимаю его, жить-то всем хочется. Вот он с началом Всплеска и ломился в бар, откуда его выгнали. А куда ему еще? Представь наше удивление.
Всплеск, стук. Открываем на свой страх и риск, а тут он вваливается.
Я увидел яркие эмоции на лице Трофимыча. Он стал другим, будто снял с себя противогаз.
– И чем история закончилась? – серьезным голосом спросил я. Да уж, тут не до шуток. Сталкеры, оказывается, ребята серьезные.
– Кузьма, ты точно идиот. Говорю, наказание – под Всплеск! Вот и его вывели через неделю. И в тот раз битого стекла рядом не оказалось.
– Я понял. Однако был обязан спросить, – сказал я.
– Ты думай, что спрашивать.
Местный пейзаж не располагает к созерцанию горы Фудзиямы и поэтому люди у нас вспыльчивые.
Трофимыч разговорился. Задела его история. Ветер почти стих, да и от движения стало теплее. Я перестал дрожать. Что ж, как там говорил начмед? До бара, выпить, пошариться и домой. Артефакт, который подарил начмед, у меня завернут в платок и запрятан за подшивку. Обычно туда пачку сигарет прятал от старших, а тут артефакт поместился. В кармане тысяча денежных знаков, хватит на выпивку выставиться Трофимычу.
В знак уважения за науку.
Мы двинулись по дороге к зданию, где нас ждало самое большое счастье в мире – еда и спокойствие.
Я улыбался. Со стороны это выглядело, как оскал волка. Небритое узкое лицо, уставший вид, грязь, начиная от ворота бушлата и заканчивая берцами.
– Ты чего скалишься, как бомж в подворотне? – нарушил мою внутреннюю идиллию сталкер.
– Это же здание нам нужно? – я указал на сарай. Продолговатое здание, с большими окнами.
