– Давай к дороге рули, сталкер, – сказал Трофимыч.
– Задачу понял, товарищ генерал. В отставке. – Не одному же ему подначивать.
Улыбаемся оба. Камень нас сблизил, добавил доверия. Так бывает, знаешь человека полдня, но понимаешь, что ему можно доверить прикрывать спину. Или пин-код от карточки с деньгами.
Тучи набрались влаги, и я ждал дождь с минуты на минуту. Дорога изломанной линией вела к колхозу. Лежала она между зданием из красного кирпича и ветрянкой. Дальше ее конец терялся за серыми постройками. Лопасти ветрянки мелькали, притягивая взгляд.
Почему-то стало жалко пропадающей энергии. Вот работает ветрянка, вкалывает каждый день, а все зря. Похоже на жизнь солдата: бесцельно прожитые дни, а дембель так же далеко, как от ветрянки – ближайший город.
Мы вышли на черную ленту. Когда-то на ней было оживленное движение. Машины со свиньями катились в большой город, где находился разделочный цех. Старики, у которых мы запасались, кто творогом, а кто и самогоном, рассказывали, как забавно торчали пятачки и хвостики.
Вот так, живешь, ешь, а потом отправляешься в дорогу в один конец. И что обидно, в полном расцвете сил.
От этих воспоминаний дрожь пробежала по спине. Нервничаю. Оно и понятно. Пройти путь с болтом в руках. Да, аномалий мы не встретили, а значит справились.
– Колхоз хилый на вид, – поделился я впечатлениями.
– Конечно, строили еще при первом секретаре КПСС, – ответил Трофимыч, – давай болт кидай.
– Так вроде все видно, – удивился я.
– Соглашусь, Кузьма. Я ж тебя заставляю бросать, чтобы ты опыта набирался.
Когда сам топаю, то половину пройденного шагаю без болта. Так что кидай, – объяснил сталкер.
– Трофимыч, честно, устал я. Сил нет, ни болт кидать, ни ногами передвигать. Да и жрать хочется, – начал давить на жалость.
– А, лень им все, а потом на аномалию попадут и все кишки по веткам намотает.
– Трофимыч, какие ветки? Мне бы в укрытие, в том здании, где ты говорил. Тушенку вскрыть и даже холодной съесть!
Трофимыч поравнялся со мной, хлопнул по плечу:
– Надо знать местный фольклор.
Это реальная история о ромбе «Закона». Потопали, уговорил старика. Вон здание, с дырявой крышей, это и есть наш дом. Там подвал, где раньше хранили овощи. Что главное, дверь там – толщиной с бревно. Любой Всплеск переждать несложно.
– Двери не закрываются? – спросил я.
– В смысле? Закрываются. Зверье-то тут шастает, псы, кабаны.
– Нет, на замок, – попытался объясниться я, – ну вот, повесил навесной и все, ключ у меня, а остальные лесом.
