В схроне мы должны перекусить и, отдохнув, двинуться дальше. Конечная цель – бар, где я могу купить артефакт или просто провести сутки, не подвергая себя опасности.
Вспомнил слова Трофимыча, про постоянную опасность в Зоне."
"– Уточняю, не подвергая себя чрезмерной опасности. Потом вернуться назад, к блокпосту…
– Как ты вернешься без меня? – спросил Трофимыч.
Он вывалил содержимое сумки с красным крестом, разорвал пакет со стерильной ватой, отложил в сторону белый лейкопластырь.
– Упал бы на хвост другому сталкеру или договорился с Барменом.
Еду ему же как-то доставляют, – сказал я.
– Хорошо. Думаешь, в баре военному рады? И по лицу тебе не надают? – спросил он с издевкой в голосе.
Я уже не мог терпеть. Пить хотелось неимоверно. Наждачная бумага уже стерлась о мое горло. Я взял бутылку Трофимыча и, отвинтив крышку, сделал глубокий глоток. Огонь скатился по пищеводу, достиг желудка и там взорвался напалмом. Дыхание перехватило, и сердце остановилось.
Я затрясся в приступе кашля.
Трофимыч бережно забрал бутылку, похлопал по спине:
– Ну, ты силен. Поверь мне на слово, спирт пить, не запивая и не закусывая, это уровень прапорщика. Вру, старшего прапорщика!
Запить, вот что я понял из длинной фразы сталкера. Залез в сумку, отыскал на дне воду, и припал, как к роднику. Спасибо начмеду, собрал в дорогу!
Сталкер сжал края раны, оторвал кусок лейкопластыря и, не беспокоясь о моих ощущениях, приклеил липкую ленту.
– Мелкие разрезы всегда так лечим.
Зачем шкуру дырявить иглой, если само заживет за день-другой. Возьмется корочкой, потом счешешь ее, и останется рубец, которым девушек будешь привлекать, – рассказывал сталкер.
– Трофимыч, скажи мне правду, а зачем?
Видимо, от спиртного я ощутил желание поговорить. Да и совместная пробежка от мутантов нас сблизила.
– Зачем девушек привлекать? Я в твоем возрасте уже знал, что, и главное, как делать… Все, получи и распишись, – сказал Трофимыч.
Он повертел мою голову, остался доволен работой.
– Нет, зачем ты меня ведешь в Зону? Только потому, что просили? – уточнил я.
– Ну да, молодой, не трусь. Попросили, я и согласился. Заметь – не сразу. Скидку мне сделали за проход. Знал бы, оставил тебя пить чай на кухне блокпоста, – сказал Трофимыч.
Есть хотелось, аж судорогой сводило живот. Спирт смешался с водой в моем желудке, и теперь по телу растекалось тепло. Именно в этот момент, впервые почувствовал за себя гордость.
