_________________________________________________________
Мехрем - содержанка, проститутка
Bohor*, бохор - драка, потасовка. Жарг. - мочилка, буча, схлёст
Sahsh, сахш (даг.) - крепкий алкогольный напиток на основе сброженного солода.
Длев* (даг.) - мелкая медная монетка в Даганнии
Echir, эчир* - покровитель
Мехрем - содержанка, проститутка
Аффаит - особый сорт угля, обладающий высокой теплотворной способностью.
47
- Он не потребовал возместить растраченное? - уточнила Эммалиэ, выслушав рассказ об опознании в комендатуре.
- Нет. Разве что пожурил, - ответила Айями небрежно.
Не ругал, не обвинял, не угрожал. Пальцем не тронул, однако ж, нестерпимый стыд от его слов до сих пор жжет щеки и уши.
И вспоминать не хочется, как дрожали пальцы, и колотилось сердце, а в голове перепутались заготовленные ответы. На тысячу рядов прокручивала Айями возможные варианты объяснений, настраиваясь на очную ставку с Диамалом и его дружком, и, не увидев первого в числе пойманных и опознав второго среди убитых, испытала неимоверное облегчение.
Веч, конечно, узнал кое-что от живых, но это малая толика, а мертвые уже не расскажут подробностей. Значит, берегут святые Айями, значит, помогает вера.
Хотя опознание мертвых впечатлило, спору нет. Бедняги лишились жизни до срока, не упредив Хикаяси*, и теперь их души будут плутать в безвременье, пока не найдут дорогу во владения богини. А может, даганны смилостивятся и доставят тела к храму для посмертного упокоения."
"- Если Диамала нет среди арестованных и убитых, значит, он на свободе.
Либо жив и не пойман, либо давно мертв, - заключила Эммалиэ.
Если верно первое, лучше бы ему не попадаться в руки даганнам. Веч устроит допрос и узнает, кто из себя таков ""родственник"" амидареек, и что он не погиб на фронте, а жив-здоров и прописался в Сопротивлении. И тогда Айями несдобровать.
- Даганны невысокого мнения о наших мужчинах. Считают, те запросто избавляются от своих же за лучшее место под солнцем.
- Ничего удивительного, - согласилась Эммалиэ с его мнением.
- Вспомни, как Диамал обманул товарищей, разыграв собственную смерть. Если уж свои приговаривают своих же, это самосуд и произвол. Совсем опустились наши мужчины. У волков и то правила честнее.
Теперь Айями не решалась отправиться к врачевательнице с сумкой провизии для Сопротивления. Пусть Веч и уехал, он и на расстоянии догадается без труда по докладам господина помощника, с какой целью уносится тяжелая кладь в госпиталь.
