- Всё возьмем! Не отдам!
Эммалиэ лишь покачала головой в ответ на детскую истерику.
- Когда уснет, спрячем лишнее, всё равно не заметит. Айя, ты меня слушаешь? Уж какой день в себя ушла. О плохом думаешь? По лицу вижу.
- Нет-нет, все хорошо, - поспешила ответить Айями.
Незачем Эммалиэ знать об её невеселых раздумьях. В конце концов, Айями знала, на что подписывалась, согласившись стать любовницей господина подполковника.
Но и с новым знанием теперь не будет как прежде. Не сможет Айями притворяться, будто всё хорошо.
И принудить себя не сможет, а притворство и ложь для него оскорбительны. Он был честен, Айями поступит также. Если потребуется, поднимется на третий этаж, пусть и без письменного приглашения, и с присущей дипломатичностью скажет, что не собирается становиться между ним и его... ненаглядной. И он прислушается, хотя бы для того, чтобы пожалеть остатки гордости Айями.
Она долго настраивалась, подбирая правильные слова и проговаривая под нос. И Имара не предупредила, а зачем, если тот практически не появлялся в комнате переводчиц, предпочитая отсутствовать по другим более важным делам.
Потому и не вызывал господин подполковник на третий этаж, что был занят, и записку с помощником не прислал. Того, кстати, не оказалось в приемной. Непривычная картина: пустой стол, а господина В'Арраса нет на месте. Айями постучала по дерматиновой обивке и приоткрыла дверь. Можно?
- Ты вовремя. Заходи, садись, - махнул рукой Веч, приглашая, и поднялся, уступая свое кресло. Забросил наспех бумаги в папку и отодвинул, чтобы не мешались.
Взамен достал из ящика отпечатанные бланки. - Вот. Это договор о работе в Даганнии.
Прокрутил диск телефона, пытаясь дозвониться, и услышал длинные гудки на другом конце.
- Где шастает, бесы его раздери?... Вот я осел, совсем забыл, что у него задание, - проворчал под нос и обратился к Айями: - Сейчас вернусь, а ты читай, изучай. Поставь подписи там, где стоят галочки. Смотри внимательно, не пропусти. Вот перо, чернила. Отдельным пунктом впишешь дочь как малолетнего ребенка, находящегося под твоей опекой.
Второй экземпляр - для матери, она тоже должна поставить подписи.
И вышел.
***
Утром О'Лигх вызвал к себе и отдал папку на завязках.
- На досуге полистай, для общего развития. Передали из северного гарнизона курьером.
Веч расшнуровал папку, перебрал содержимое.
- Это листовки? Давненько не видел таких.
- Агитки. С некоторых пор активно расклеиваются в поселениях на северном направлении.
