- Скажи одно, она ждала ребёнка?
Г'Оттин задумался. Покачал головой:
- Нет. Это и к лучшему. Иначе бы от побоев скинула и истекла кровью.
Вызвали на допрос и амодарскую докторицу.
Та не выказала ни суетливости, ни страха. Сев, замерла статуей и глядела в глаза дознавателям с редкостным спокойствием.
Пожалуй, самая смелая из всех амодарок, с которыми Вечу приходилось сталкиваться. Никого в гарнизоне не боялась, даже О'Лигха, как не боялась требовать и отстаивать, о чем в архивах накопилось достаточно катушек с записями прослушивания из кабинета докторицы.
Иногда, правда, её заносило: требовала необоснованно много лекарств, требовала поблажек для тюремных пациентов, требовала разрешение на проведение абортов.
- Вы знакомы с Аамой лин Петра? – спросил Веч на амодарском.
- Да, - ответила докторица, подумав. – Она - моя подопечная. Ну, и её семья, разумеется. А что случилось?
Веч открыл рот, чтобы ответить, но О'Лигх упредил, велев ему на доугэнском:
- Об убитых и раненых - молчок. И о том, что твоя бабёнка в тяжелом состоянии, тоже.
Не доверяю я докторице, от неё много шума и перьев.
- Аама лин Петра приходила намедни на прием? – спросил Веч, проигнорировав вопрос амодарки.
- Нет, - последовал короткий ответ.
- И вы не виделись с ней в тот день?
- Виделись. На улице возле больницы. Я возвращалась от пациентки. У Аамы был нездоровый вид, и я предложила пройти в кабинет для осмотра, но она отказалась. Я посоветовала ей отправиться домой и отлежаться.
- И всё?
- Ну да.
- Она ничего не спрашивала, ни о чем не говорила?
- Ну-у… нет. У меня сложилось впечатление, что она была чем-то озабочена и куда-то торопилась.
- Что было дальше?
- Мы распрощались, и она направилась… домой, наверное. Не знаю. Что случилось? Она жива?
- Почему интересуетесь, жива ли она? – спросил на амодарском О'Лигх.
- Думаю, вы не выпытывали бы сейчас в подробностях об Ааме лин Петра, не случись с ней что-нибудь плохое.
- Похоже, твоя мехрем решила подстраховаться и устроила себе алиби, - вполголоса предположил О'Лигх на доугэнском.
- Придумала повод – прием у докторицы и сбежала из комендатуры. Встретилась с ней у больницы для отвода глаз, после чего направилась в лёжку.
- Зачем ей усложнять? – понизив голос, возразил Веч, тоже на доугэнском. – С таким же успехом можно добраться до искомого адреса вечером. Или ранним утром, спозаранку.
- Она храбра, но не настолько, чтобы в одиночку бродить в сумерках по заброшенному району.
