Небо на двоих

– Но Митан назвал тебя старшим сыном…

– Да, и только поэтому передал кинжал. А так бы не видать его мне, как своих ушей.

– Шалико это не понравилось. Кажется, он обиделся.

– Он не скажет, что обиделся. И понял, что его крепко наказали. Возможно, урок пойдет ему на пользу. Кстати, я уже сказал Шалико: «Женишься, передам кинжал твоему первенцу». Ты бы видела, как он просиял.

Я вытащила клинок из ножен. Провела пальцем по сизым узорам, осторожно – по лезвию. И ойкнула от боли. На пальце выступила капля крови.

– Осторожнее, – буркнул Вадим, – кинжал не игрушка.

– Это булатная сталь? – спросила я, посасывая палец, чтобы ранка перестала кровоточить. – Как бритвой полоснуло!

– Нет, настоящий булат изготавливали только в Индии и в Персии. Клинки с таким слоистым узором из дамасской стали. В Грузии изготавливали сварочный дамаск. Брали кусок чистого железа и кусок стали, сваривали их и обковывали, посыпая мелким песком. Многократная перековка давала дамаск. Очень важно, безусловно, качество железа и стали, кроме того, многое зависело от искусства самой ковки.

Ведь делалось все на глазок. Без приборов устанавливалась температура, степень деформации, расположение сваренных слоев, продолжительность ковки.

– Откуда ты все это знаешь? – поразилась я.

– Будет интересно, покажу тебе свою коллекцию холодного оружия. Она пока небольшая. Кроме старых кинжалов и сабель есть даже кремневое ружье. Но все же мне интереснее холодное, чем огнестрельное оружие.

Знаешь, – оживился Добров, – как раньше закаляли клинки? Возле кузницы стоял наготове всадник. Раскаленное в горне лезвие кузнец передавал ему в руки. И всадник с места пускался вскачь, летел во весь опор строго до определенного места, подняв клинок над собой. Сталь закалялась быстрым движением воздуха. При испытании такой сабли одним ударом отсекали голову взрослому быку. Показали мне как-то такую же. Владелец сгибал клинок в колесо. Страшно было смотреть, сердце екало: вот-вот сломается. И ничего. Сталь только чуть-чуть дрогнула и приняла прежнюю форму.

Вадим говорил, но я почти не слушала его, исподтишка рассматривая его в профиль. Лоб, нос, подбородок… Это, скажу я вам, был профиль настоящего мужчины. Сильного и волевого. О мужчине с таким профилем мечтает если не каждая первая, то каждая вторая женщина России. А может, и не только России. У меня пересохло в горле, и я незаметно, как мне казалось, облизала губы.