Небо на двоих

 – Грязь вперемешку с камнями, только на вездеходе пробираться… А ночью подстынет, так на «Ниве» или «уазике» – милое дело…

Он вылез из машины и, видно, угодил в лужу, потому что я расслышала сочное «хлюп!» и не менее сочное: «Чтоб я тебя оплакал!»

Тупой удар и снова визг… Более пронзительный, который тут же перерос в знакомое «хр-хр-хр» и тонкое повизгивание. Дикие кабаны? Только их нам не хватало! Я где-то читала, что кабаны-самцы очень сильны и бесстрашно защищают свое стадо. Нет, лучше погибнуть геройски от пули грузинского диверсанта, чем под копытами диких свиней…

Одно успокаивало: Давид не прихватил с собой оружие, значит, не слишком опасался зверья.

Автомат по-прежнему лежал у меня на коленях, и я слегка приоткрыла дверцу. «Нива» уткнулась капотом в песчаный откос, который явно спас нас. Попадись на пути камни или деревья – кости наши собирали бы в кучку.

Фары, забитые грязью, светили слабо. Давид, включив фонарик, оглядывался по сторонам с таким видом, словно попал в эти места впервые.

Справа поднималась отвесная скальная стенка, поросшая кустарником. Слева виднелась та самая колея, куда мы не смогли вписаться. А чуть дальше с трудом просматривался деревянный мостик, под которым что-то глухо бурчало и грохотало. Я поняла: там река. И, судя по шуму, бурная и стремительная.

– Давид, что происходит? Откуда здесь кабаны? – крикнула я водителю.

– Это домашние свиньи, из деревни, – обернулся он, сверкнув полоской зубов. – Наступил на одну в темноте. Они по малой воде уходят через реку в лес.

Я уже и раньше подумывала, что благодаря словоохотливости Давида смогу, наверное, написать краеведческий очерк. Но если дело и дальше так пойдет, вполне сподоблюсь на путеводитель по Абхазии.

– Живут себе на воле, отъедаются. Дичают, правда. Зимой хозяева за ними как на зверя охотятся, – как ни в чем не бывало продолжал Давид. – В Члоу не только свиней держат. Буйволов разводят, коз, ишаков…

– Ага, – обрадовалась я, – значит, Члоу близко?

– Совсем рядом. На том берегу.

 – Давид вернулся к машине. Даже в свете фонаря я разглядела, что он озабочен. – Только вот беда какая…

Он удрученно вздохнул и почесал затылок:

– Надо брод проверить. Вроде ошибся я. Гудит река. Много воды.

– И что теперь? – расстроилась я. – Будем ждать, когда вода спадет? А если месяц продержится? Прикажете в лесу со свиньями дичать?

– Обара, успокойся, а! – Давид крякнул и огляделся по сторонам. – Я сейчас к броду спущусь. Темно, но посмотрю.