Небо в мечтах (СИ)

В такой ситуации он оказывался впервые — братьев и сестёр до недавних событий у него не было, с детьми знакомых он не сидел, да и не доверил бы ему этого никто. Глядя же на хрупкую девушку, закутавшуюся в тёплый, чуток шероховатый плед, парень замечал раздирающее чувство собственной безответственности. Почему-то сейчас он впервые пожалел об отсутствии опыта в таких делах. Нужно было сделать хоть что-то, даже не так, ему хотелось сделать хоть что-то.

Решив, что Ксюше будет лучше в её спальне, в собственной тёплой и мягкой кровати, а не на жёстком диване, на котором девушке приходилось почти сгибаться, даже при её маленьком росте, Кир решительно подошёл к уже задремавшей сестре.

Её глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, были закрыты; веки легко трепетали от беспокойного сна. Парень без лишних мыслей изучал черты её лица, даже не задумываясь о чём-то другом. Сейчас это было случаем, который может больше не подвернуться.

Нос, имеющий маленькую горбинку, которая придавала некой волшебности всему её образу, изредка дёргался в том случае, если девушка хмурилась.

Кир смотрел на пухлые губы, имеющие розовый оттенок, слегка обветренные и искусанные — такие дали бы фору любым другим девушкам, с которыми раньше виделся Кирилл, и он даже не знает почему, но эта картина завораживает его больше, чем что-либо.

Да, она правда была похожа на маленького котёнка. До жути милого, которого хочется затащить к себе домой, отогреть и никому больше не отдавать, но кто ж ему даст это сделать? Ксюша — человек, а значит и поступить с ней так нельзя, а вроде и хотелось.

Даже поступками она напоминала милого представителя кошачьих. Щетинилась, показывала когти, когда её что-то не устраивало, но, надо сказать, с родителями она была другой: сдержанная, милая, аккуратная, одним словом — пай-девочка. Со знакомыми - совершенно иная, что заметил парень за время вчерашней вечеринки.

Тогда перед ним предстала роковая красотка, имеющая острый язык и такие же наточенные коготки, которыми она ранила только чужих.

Но вместе с ним, наедине, когда не было ни родителей, ни иных посторонних, она была мягкой девушкой с характером ребёнка. Да, она могла ответить ему колкостью, нагрубить, вот только за этим не пряталось её озорство, которое сияло в серых, как снег, падающий с неба, глазах.